Жительство по совету и роль духовника
Духовник, – по выражению одного монаха, – это персонифицированная совесть. Смысл высказывания не в том, что духовник подменяет собой совесть человека и говорит: «убей того-то!». Высказывание монаха – о том, что совесть может быть омрачена, подавлена, рассудок рабски может начать оправдывать какое-то увлечение и строить планы по его реализации. И в этот момент слово духовника, не охваченного на данный момент этим же влечением, может отрезвить, пробудить уснувшую было совесть.
Второй принципиальный вопрос, связанный с концепцией жительства по совету, состоит в следующем. Можно предположить, что такой образ жительства описан за неимением возможности советоваться с опытным духовником, а не как полноценная альтернатива той линии развития, которая открывается при наличии такой возможности. Разве речь идёт о такой стратеги: «духовники есть, кто хочет – пусть пользуется их руководством, я же выбираю жительство по совету»?
Да, книги помогают, да, дают ориентиры. Но дают ли полноценную замену той пользе, которую можно обрести при наличии адекватного духовного руководителя? Да, духовные авторы указывают на книги как на подспорье при отсутствии возможности пользоваться плодами духовничества. Но можно предположить, что советы относительно книг в данном контексте ассоциируются не с принципом «можно – так, можно – эдак». Может, советы относительно книг ассоциируются с принципом «книги – когда деваться некуда»?
Ведь писал же один из практически современных нам святых – преподобный Силуан Афонский, что тот уже наполовину в прелести, кто без руководителя хочет заниматься молитвой, кто в гордости подумает, что он может по книгам научиться и не ходить к старцу. «Смиренному же поможет Господь, и, если нет опытного наставника, и он будет ходить к духовнику, какой есть, то за смирение покроет его Господь».