26.05.2026 14:00
ХОБЛ и сатурация 67%: вызов к мужчине 78 лет
Ещё один вызов.
Мужчина, 78 лет.
Повод - «деду плохо, не встаёт, тяжело дышит».
Открывает внук. Растерянный, испуганный.
- «Он почти не реагирует…»
Дед лежит на диване, на спине.
Глаза полуоткрыты, взгляд пустой.
Сознания почти нет - кома.
Дышит часто, поверхностно, как загнанный.
Грудная клетка работает на пределе.
В лёгких - сухие жужжащие хрипы, знакомые каждому, кто хоть раз слышал ХОБЛ.
Сатурация - 67%.
Эти цифры не обсуждаются.
Это уже не «плохо», это критично.
Давление не определяется.
Кожа бледная, с синевой на губах и пальцах.
Тело худое, измождённое - болезнь давно съедает его изнутри.
ХОБЛ. Курение. Перенесённая пневмония.
Организм больше не тянет.
Работаем быстро и молча.
Кислород.
Венозный доступ.
Поддержка давления.
Глюкоза в норме - значит, дело не в этом.
Дыхание всё хуже.
Своими силами он уже не справляется.
Седация.
Ларингеальная маска.
Переходим на вентиляцию - аккуратно, шаг за шагом.
Цифры начинают расти.
Сатурация - 94%.
Жизнь возвращается в показатели монитора.
В машине - тишина.
Только звук аппарата ИВЛ и мигающий монитор.
Внук едет следом, не отрывая глаз от машины скорой.
В приёмном покое передаём тяжёлого пациента.
Теперь он не один. Теперь - в реанимации.
Такие вызовы всегда про границу.
Между «успели» и «опоздали».
Голос реанимации. Подписывайся.
Мужчина, 78 лет.
Повод - «деду плохо, не встаёт, тяжело дышит».
Открывает внук. Растерянный, испуганный.
- «Он почти не реагирует…»
Дед лежит на диване, на спине.
Глаза полуоткрыты, взгляд пустой.
Сознания почти нет - кома.
Дышит часто, поверхностно, как загнанный.
Грудная клетка работает на пределе.
В лёгких - сухие жужжащие хрипы, знакомые каждому, кто хоть раз слышал ХОБЛ.
Сатурация - 67%.
Эти цифры не обсуждаются.
Это уже не «плохо», это критично.
Давление не определяется.
Кожа бледная, с синевой на губах и пальцах.
Тело худое, измождённое - болезнь давно съедает его изнутри.
ХОБЛ. Курение. Перенесённая пневмония.
Организм больше не тянет.
Работаем быстро и молча.
Кислород.
Венозный доступ.
Поддержка давления.
Глюкоза в норме - значит, дело не в этом.
Дыхание всё хуже.
Своими силами он уже не справляется.
Седация.
Ларингеальная маска.
Переходим на вентиляцию - аккуратно, шаг за шагом.
Цифры начинают расти.
Сатурация - 94%.
Жизнь возвращается в показатели монитора.
В машине - тишина.
Только звук аппарата ИВЛ и мигающий монитор.
Внук едет следом, не отрывая глаз от машины скорой.
В приёмном покое передаём тяжёлого пациента.
Теперь он не один. Теперь - в реанимации.
Такие вызовы всегда про границу.
Между «успели» и «опоздали».
Голос реанимации. Подписывайся.