04.07.2026 13:30
Вызов.
Вызов.
Повод: женщина без сознания.
1939 год рождения.
Дверь в квартиру открыла социальный работник.
По её лицу сразу стало понятно - случилось что-то плохое.
- Я была у неё два дня назад. Всё было как обычно. Она сама готовила, убиралась, измеряла давление, принимала лекарства. Вчера вечером не смогла дозвониться. Подумала, наверное, уже спит... А сегодня приехала...
Проходим в комнату.
Бабушка лежит на полу возле кровати.
Сразу становится ясно - упала она не час назад.
И даже не вчера.
Осматриваю.
Сознание угнетено.
Правые рука и нога практически не двигаются.
На лице и бедре уже сформировались пролежни.
Одежда мокрая.
Мацерация кожи промежности и бёдер.
Рядом никого.
Только тишина.
И часы, которые продолжают идти своим ходом.
Становится страшно от одной мысли, сколько времени человек пролежал один, не имея возможности позвать на помощь.
- У бабушки, скорее всего, инсульт, - объясняю социальному работнику. - Сейчас мы отвезём её в больницу.
Осторожно перекладываем пациентку на носилки.
Начинаем транспортировку.
Всю дорогу думаю не только об инсульте.
А об одиночестве.
Иногда болезнь страшна сама по себе.
Но ещё страшнее, когда рядом нет никого, кто мог бы вовремя заметить беду.
В приёмном отделении передаю пациентку неврологам.
Дальше всё зависит от них.
И немного - от времени, которого, к сожалению, уже было потеряно слишком много.
Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.
Повод: женщина без сознания.
1939 год рождения.
Дверь в квартиру открыла социальный работник.
По её лицу сразу стало понятно - случилось что-то плохое.
- Я была у неё два дня назад. Всё было как обычно. Она сама готовила, убиралась, измеряла давление, принимала лекарства. Вчера вечером не смогла дозвониться. Подумала, наверное, уже спит... А сегодня приехала...
Проходим в комнату.
Бабушка лежит на полу возле кровати.
Сразу становится ясно - упала она не час назад.
И даже не вчера.
Осматриваю.
Сознание угнетено.
Правые рука и нога практически не двигаются.
На лице и бедре уже сформировались пролежни.
Одежда мокрая.
Мацерация кожи промежности и бёдер.
Рядом никого.
Только тишина.
И часы, которые продолжают идти своим ходом.
Становится страшно от одной мысли, сколько времени человек пролежал один, не имея возможности позвать на помощь.
- У бабушки, скорее всего, инсульт, - объясняю социальному работнику. - Сейчас мы отвезём её в больницу.
Осторожно перекладываем пациентку на носилки.
Начинаем транспортировку.
Всю дорогу думаю не только об инсульте.
А об одиночестве.
Иногда болезнь страшна сама по себе.
Но ещё страшнее, когда рядом нет никого, кто мог бы вовремя заметить беду.
В приёмном отделении передаю пациентку неврологам.
Дальше всё зависит от них.
И немного - от времени, которого, к сожалению, уже было потеряно слишком много.
Голос реанимации. Теперь в МАХ. Подписывайся.