22.06.2026 11:00
Продолжение истории...
Продолжение истории...
Помню, в Попасной случай был — печальный, до сих пор стоит перед глазами.
Попасная тогда переходила из рук в руки, бои шли тяжелейшие, артиллерия работала почти без остановки.
Люди уезжали быстро — бросали дома, вещи, подвалы, полные закаток. А подвалы там в каждом втором доме были реально забиты доверху: огурцы солёные в трёхлитровых банках рядами, помидоры маринованные, варенье вишнёвое и абрикосовое, компоты, салаты зимние в литровых банках, грибы солёные в вёдрах, сало в банках, тушёнка домашняя.
Представляете, каково это голодному бойцу — зайти и увидеть такое богатство? Глаза разбегаются, руки сами тянутся.
Мы, конечно, понимали уже, что не всё так просто. Бывали случаи — откроешь банку, а там уже не огурцы, а какая-то мутная жижа с запахом брожения: простояло без холода, забродило, испортилось. Но всё равно — хоть что-то.
И вот парнишка молодой — звали его, кажется, Серёга, из пополнения совсем недавно пришёл, может, неделю как на передке — зашёл в подвал припастись, посмотреть, что можно съесть.
Мы стояли снаружи, контролировали улицу. Он спускается — и через минуту грохот, взрыв. Не сильный, но в замкнутом пространстве подвала — хватило. Граната Ф-1 с отрезанным замедлителем, поставленная на разгрузку под банку.
Сдвинул банку — освободил рычаг — всё. Ловушка, специально оставленная противником при отходе.
Мы потом зашли, вытащили его. И вот что самое страшное — это не первая такая ловушка была и не последняя.
Противник специально минировал продукты, зная, что голодные солдаты полезут. И лезли ведь. Теряли людей на банках с вареньем. Это особая, подлая жестокость войны — бить по самому базовому, по голоду, по инстинкту самосохранения, который заставляет тебя искать пищу.
После этого случая у нас в подразделении завели жёсткое правило: любой погреб, любой подвал, любое помещение с продуктами проверять с маниакальной осторожностью.
Сначала фонариком светишь — смотришь, нет ли растяжек на входе, на ступеньках, на дверной раме.
Потом медленно заходишь — смотришь под ноги, не придавлена ли мина половицей.
Потом осматриваешь полки: не подведена ли леска или тонкая проволока за банками, не стоит ли что-то подозрительное в глубине. Каждый закуток, каждый погреб.
На это уходило по полчаса, иногда по часу. Но это спасало жизни. Война быстро учит бережёности. К сожалению, часто учит уже после того, как кто-то заплатил за этот урок.
Помню, в Попасной случай был — печальный, до сих пор стоит перед глазами.
Попасная тогда переходила из рук в руки, бои шли тяжелейшие, артиллерия работала почти без остановки.
Люди уезжали быстро — бросали дома, вещи, подвалы, полные закаток. А подвалы там в каждом втором доме были реально забиты доверху: огурцы солёные в трёхлитровых банках рядами, помидоры маринованные, варенье вишнёвое и абрикосовое, компоты, салаты зимние в литровых банках, грибы солёные в вёдрах, сало в банках, тушёнка домашняя.
Представляете, каково это голодному бойцу — зайти и увидеть такое богатство? Глаза разбегаются, руки сами тянутся.
Мы, конечно, понимали уже, что не всё так просто. Бывали случаи — откроешь банку, а там уже не огурцы, а какая-то мутная жижа с запахом брожения: простояло без холода, забродило, испортилось. Но всё равно — хоть что-то.
И вот парнишка молодой — звали его, кажется, Серёга, из пополнения совсем недавно пришёл, может, неделю как на передке — зашёл в подвал припастись, посмотреть, что можно съесть.
Мы стояли снаружи, контролировали улицу. Он спускается — и через минуту грохот, взрыв. Не сильный, но в замкнутом пространстве подвала — хватило. Граната Ф-1 с отрезанным замедлителем, поставленная на разгрузку под банку.
Сдвинул банку — освободил рычаг — всё. Ловушка, специально оставленная противником при отходе.
Мы потом зашли, вытащили его. И вот что самое страшное — это не первая такая ловушка была и не последняя.
Противник специально минировал продукты, зная, что голодные солдаты полезут. И лезли ведь. Теряли людей на банках с вареньем. Это особая, подлая жестокость войны — бить по самому базовому, по голоду, по инстинкту самосохранения, который заставляет тебя искать пищу.
После этого случая у нас в подразделении завели жёсткое правило: любой погреб, любой подвал, любое помещение с продуктами проверять с маниакальной осторожностью.
Сначала фонариком светишь — смотришь, нет ли растяжек на входе, на ступеньках, на дверной раме.
Потом медленно заходишь — смотришь под ноги, не придавлена ли мина половицей.
Потом осматриваешь полки: не подведена ли леска или тонкая проволока за банками, не стоит ли что-то подозрительное в глубине. Каждый закуток, каждый погреб.
На это уходило по полчаса, иногда по часу. Но это спасало жизни. Война быстро учит бережёности. К сожалению, часто учит уже после того, как кто-то заплатил за этот урок.