24.04.2026 04:32
«Десять минут, чтобы покинуть мою квартиру»: история Ирины
«Сынок, твоя истеричка выставила нас за порог!» — визжала свекровь.
Ирина поняла, что дома беда, еще на лестничной площадке. Из-под ее двери тянуло тяжелым, сладковатым запахом дешевых папирос и жареного сала. А еще оттуда доносился смех — громкий, хозяйский, от которого внутри все сжалось в ледяной комок.
Она посмотрела на часы. 18:40. Сергей должен быть еще на работе.
Ирина вставила ключ, но провернуть не успела — дверь была не заперта. Просто прикрыта.
В прихожей ее встретила гора чужой обуви. Огромные стоптанные кроссовки, грязные женские ботильоны и детские сапоги, с которых натекала мутная лужа прямо на ее светлый коврик. На вешалке, поверх ее бежевого пальто, висела чья-то засаленная куртка.
— О, а вот и Ирочка пожаловала! — раздался бас из кухни.
В проеме появился дядя Витя — двоюродный брат свекрови из Сызрани. Он стоял в одних домашних шортах и майке, держа в руке надкусанный кусок сервелата. Того самого, который Ирина купила к новогоднему столу.
— Проходи, хозяйка! А мы тут... дегустируем! — он рыгнул и подмигнул ей.
Ирина, не разуваясь, прошла на кухню.
Картина была достойная полотна передвижников. За столом сидела Галина Петровна — свекровь. Рядом с ней — незнакомая женщина с «химией» на голове и двое чумазых детей, которые с азартом размазывали шоколадную пасту по скатерти. По ее, Ириной, льняной скатерти ручной работы.
— У вас десять минут, — сказала Ирина тихо.
— Чаво? — дядя Витя перестал жевать.
— Десять минут, чтобы собрать вещи и покинуть мою квартиру.
Галина Петровна медленно опустила вилку. Лицо ее начало наливаться краснотой.
— Ты что несешь, девка? Ты кого гонишь? Мать мужа? Родню? Да ты в своем уме...ПОЛНОСТЬЮ ЗДЕСЬ
Ирина поняла, что дома беда, еще на лестничной площадке. Из-под ее двери тянуло тяжелым, сладковатым запахом дешевых папирос и жареного сала. А еще оттуда доносился смех — громкий, хозяйский, от которого внутри все сжалось в ледяной комок.
Она посмотрела на часы. 18:40. Сергей должен быть еще на работе.
Ирина вставила ключ, но провернуть не успела — дверь была не заперта. Просто прикрыта.
В прихожей ее встретила гора чужой обуви. Огромные стоптанные кроссовки, грязные женские ботильоны и детские сапоги, с которых натекала мутная лужа прямо на ее светлый коврик. На вешалке, поверх ее бежевого пальто, висела чья-то засаленная куртка.
— О, а вот и Ирочка пожаловала! — раздался бас из кухни.
В проеме появился дядя Витя — двоюродный брат свекрови из Сызрани. Он стоял в одних домашних шортах и майке, держа в руке надкусанный кусок сервелата. Того самого, который Ирина купила к новогоднему столу.
— Проходи, хозяйка! А мы тут... дегустируем! — он рыгнул и подмигнул ей.
Ирина, не разуваясь, прошла на кухню.
Картина была достойная полотна передвижников. За столом сидела Галина Петровна — свекровь. Рядом с ней — незнакомая женщина с «химией» на голове и двое чумазых детей, которые с азартом размазывали шоколадную пасту по скатерти. По ее, Ириной, льняной скатерти ручной работы.
— У вас десять минут, — сказала Ирина тихо.
— Чаво? — дядя Витя перестал жевать.
— Десять минут, чтобы собрать вещи и покинуть мою квартиру.
Галина Петровна медленно опустила вилку. Лицо ее начало наливаться краснотой.
— Ты что несешь, девка? Ты кого гонишь? Мать мужа? Родню? Да ты в своем уме...ПОЛНОСТЬЮ ЗДЕСЬ