Поиск тётки Инессы: история Дарины

ях.
— А у тебя родные, кроме матушки и бати, есть? — спросила я Дарину, когда она выдохлась и только слёзы по щекам размазывала.
Она сначала головой мотнула, потом призадумалась.
— Есть у меня тётушка. Любимая. Мамкина сестра. Инесса зовут. Вот только уехала она... Давно это было. В другой город.
Глаза у неё при упоминании тётки потеплели, хоть и зарёванная была.
Рассказала она мне:
— Когда я ребёнком была, тётка Инесса во мне души не чаяла. Часто приезжала к нам в деревню. Мамку мою жалела, что замуж за батьку вышла. И меня к себе забирала. На неделю, бывало. В городе у неё квартира своя была. Я там как сыр в масле каталась.
Я слушала её и сердце кровью обливалось. Протянула ей старую тетрадку в клеточку и простой карандаш.
— Пиши! — говорю ей строго.
— Что писать-то? — растерялась Дарина.
— Всё пиши. Все тёткины данные пиши: фамилию, отчество, где жила раньше, где сейчас может быть. Пиши всё, что знаешь. Будем твою тётку Инессу искать.
А у меня к тому времени компьютер дома появился. Интернет провели. Я же с Генкой, сынишкой Людмилы и Александра, занималась, вот они мне и нашли старенький системный блок и монитор пыльный, чтобы наглядный материал ему подбирать. Села я, значит, за компьютер этот гудящий на всю избу. Долго я там сидела. И нашла-таки! Нашла страничку тётки Дарины, о которой она рассказывала.
Списалась я с ней. Описала историю эту горькую, рассказала, что нет у племянницы её больше никакой надежды в этой деревне, кроме как на родную кровь — на тётку Инессу. А у Инессы своих детей не было, жила одна–одинешенька в своей квартире городской. Она как услышала всё это, так сразу и сказала: «Пусть не думает ни о чём плохом! Пусть садится на автобус и ко мне едет! Приму!».
Нашли мы с Дариной деньги на билет. Собрала она свои пожитки да ребёночка малого в охапку и, пока Андрюши не было, ушла из того проклятого дома.
Перед тем как уехать насовсем, зашла она ко мне попрощаться.
— Спасибо тебе, бабушка Агафья! — она прижалась ко мне так сильно, как только родной ребёнок прижаться может. Я её по спине глажу, а сама слёзы глотаю.
— Ты только пиши мне оттуда весточку-то! Как устроишься!
Уехала Дарина с ребёночком маленьким в большой город к тётке своей.
Тётка Инесса потом отписалась мне через пару дней: «Добралась! Всё у неё нормально!». Я аж перекрестилась тогда от души.
А здесь Андрюша рвал и метал. Не мог смириться мужик, что «картинка» его исчезла, бросила его такого драгоценного и красивого. Бегал по деревне злой как пёс цепной, искал её везде.
Отца Дарины, Федота-то нашего, снова до простого тракториста понизили. А после он и сам из хозяйства ушёл — не сработался с мужиками, которых он сам же, будучи бригадиром, гнобил и унижал за каждую мелочь. Такая непростая судьба у него вышла. Бедняга.
С дочкой они потом не общались совсем — обиделись друг на друга крепко. Да и не надо оно им теперь. Там тётка Инесса все условия создала племяннице любимой и её дочке: малая в садик пошла хороший, а Дарина на работу устроилась. А потом и на заочку поступила в институт какой-то тамошний — она-то девка смышлёная была всегда, школу хорошо окончила. Вот только никто её в своё время не отправил учиться-то толком. Конечно, если дочь для родителей — товар дорогой на выданье, зачем в неё вкладываться? Выгоднее продать подороже.
Но теперь-то у Дарины всё будет хорошо. Я это нутром чую. И я очень рада тому, что приложила к этому свою руку.
Пусть будет счастлива девушка эта светлая.
Пусть будут счастливы все добрые люди на Земле!