33 несчастья - 11 Вечером к калитке Агафьи Львовны с натужным воем подкатила старая «десятка» бежевого цвета.
Люда, в накинутой наспех кофточке, влетела в дом первой и с порога обняла Агафью, обдав её своим теплом и запахом свежего ветра.
— Ну, как вы тут, Агафья Львовна? Обживаетесь?
— Вашими молитвами, Людочка, — улыбнулась Агафья, поправляя платок. — Живу потихоньку. А что это там за шум во дворе? Что это Саша за ящики в дом затаскивает?
Саша, отдуваясь, внёс в сени вторую по счёту коробку, доверху набитую какими-то свёртками.
— А это мы с соседями посовещались и собрали вам на первое время, — затараторила Люда, помогая мужу пристроить груз у стенки. — Тут и крупы, и консервы, бытовая химия, вещички теплые кое-какие... Говорю же, на первое время, пока корни не пустите!
— Люда, ну зачем? — всплеснула руками Агафья. — Я же пенсию получаю, не голодаю. Вы мне и так с домом помогли, крышу над головой дали, а теперь еще и кормить вздумали?
— Агафья Львовна, вы так не беспокойтесь, — Люда мягко пресекла возражения. — Это всё от души, от чистого сердца. Люди у нас хорошие, узнали, что учительница приехала, обрадовались. Ну... а если вам уж прям так неловко за эти макароны, то можете тоже от себя кое-что сделать. Не для нас. Для людей некоторых.
Агафья прищурилась, почуяв подвох, и присела на табурет.
— Ну, давай, выкладывай свою просьбу.
— Не могли бы вы, Агафья Львовна, — Людмила вдруг посерьёзнела и заговорила почти официально, — посмотреть детей наших? Тоже школьники, как и мой сорванец.
— Что, неужто тоже всем ЗПР ставят? — ухмыльнулась Агафья, вскинув брови.
Людмила горько кивнула.
— Это кто же так хочет ваших детей выставить... не совсем умными? — Агафья подалась вперед, в её глазах вспыхнул былой педагогический азарт.
— Учительница наша, — вздохнула Люда. — Но там, как я поняла, и без завуча не обошлось, а может, и директор в доле. Им, видать, проще всех в коррекцию списать, чем учить по-человечески.
— Ладно, — махнула рукой Агафья. — Соседям своим скажи: пусть приводят детей.
— А когда приводить-то? — обрадовалась Люда.
— Да когда хотят, тогда пускай и приводят! Я же теперь пенсионерка, вольная птица. У меня свободного времени — хоть лопатой греби.
И уже на следующий день «веселье» началось. К домику Агафьи потянулись женщины, ведя за руки притихших, испуганных ребятишек. Первой на пороге появилась девочка Галя. Маленькая, щуплая, с огромными бантами, которые казались тяжелее самой хозяйки. Агафья, увидев её, даже за сердце схватилась.
— Вы ко мне зачем эту малютку привели? — испугалась она. — Я же дошколят не беру, я по школьной программе!
— Да нет же, Агафья Львовна, — виновато улыбнулась мама Гали. — Наша дочь уже в первом классе учится. Просто она у нас... миниатюрная. Вот, хотели, чтобы вы её знания проверили. Так сказать, уровень определили, а то в школе на ней крест ставят.
— Ну, раз хотите, значит, проверим, — Агафья поправила очки. — Оставьте нас минут на сорок пять.
— Это как один урок? — уточнила женщина.
— Именно. Урок истины.
Мама удалилась. Чтобы унять дрожь в руках, она прогулялась по деревне, зашла в местный магазинчик. Каждые пять минут смотрела на часы. Наконец, время вышло.
Когда она подошла к крыльцу, дверь отворилась. К ней вышли Агафья Львовна и маленькая Галя. Девочка выглядела счастливой и уверенной в себе, матери показалось, что она как-то выпрямилась и даже словно стала выше ростом.
— Ну, что я могу сказать... — Агафья тяжко вздохнула, заставив мать Гали похолодеть.
— Всё так плохо? — прошептала испуганная женщина.
— Плохо? — Агафья вдруг хитро улыбнулась. — Я бы сказала, что совсем не плохо. Даже хорошо!
— Как... хорошо? — не поверила своим ушам мать.
— Ну да, на медаль золотую пока не тянет, — Агафья легонько потрепала девочку по плечу, — но считает она чётко, без запинки, и чтение у неё вполне на уровне первого класса. Вы занимаетесь с ней дома?