23.08.2026 05:00
30 лет брака с пьяницей: как жене спасти себя 30 лет Екатерина считала свой брак несчастным. Внешне всё выглядело благо
30 лет брака с пьяницей: как жене спасти себя
30 лет Екатерина считала свой брак несчастным. Внешне всё выглядело благообразно, но дважды в месяц супруг напивался. День-два мог не выйти на работу, Катя прикрывала. После смерти матери стал выпивать каждую неделю.
Когда агрессия стала хватанием за горло, Екатерина поняла, что спираль затягивается. Уйти не может и вылечить не может. Узнав, что алкоголизм — семейная болезнь, пошла к нам на Программу построения счастливых отношений.
Я — недо...
«В программе я была три года и половину срока меняла мужа. Психолог Антон Зинькевич возвращал меня к себе, но только в середине я поняла, что пришла спасать себя. Понять, как облегчить своё состояние.
Я чувствовала себя недо. Муж напивался, начинал унижать — и я верила! При том, что у меня два высших, должность руководителя, я уважаемый человек. Но его слушала и понимала: я — недо. Плохая мать, плохая хозяйка.
С понедельника по четверг он держался — я выдыхала. А в пятницу опять ныряла. На чувстве стыда начинала выслуживаться.
30 лет Екатерина считала свой брак несчастным. Внешне всё выглядело благообразно, но дважды в месяц супруг напивался. День-два мог не выйти на работу, Катя прикрывала. После смерти матери стал выпивать каждую неделю.
Когда агрессия стала хватанием за горло, Екатерина поняла, что спираль затягивается. Уйти не может и вылечить не может. Узнав, что алкоголизм — семейная болезнь, пошла к нам на Программу построения счастливых отношений.
Я — недо...
«В программе я была три года и половину срока меняла мужа. Психолог Антон Зинькевич возвращал меня к себе, но только в середине я поняла, что пришла спасать себя. Понять, как облегчить своё состояние.
Я чувствовала себя недо. Муж напивался, начинал унижать — и я верила! При том, что у меня два высших, должность руководителя, я уважаемый человек. Но его слушала и понимала: я — недо. Плохая мать, плохая хозяйка.
С понедельника по четверг он держался — я выдыхала. А в пятницу опять ныряла. На чувстве стыда начинала выслуживаться.