Митя вышел из школы и медленно пошел домой.

Митя вышел из школы и медленно пошел домой. В его дневнике появилась четверка по природоведению. Лучше бы у меня выпали зубы, подумал Митя. Митя не знал, что пройдет каких-нибудь пятьдесят лет, и он будет думать ровно наоборот.
               
За два годы учебы в школе Митя не получал ничего ниже пятерки. Родители были педагогами. Папа преподавал в институте математику. Мама в другой школе - русский язык. Папа говорил, что те, кто скатывается во втором классе до четверок, живут зря. А мама сказала: «Четверка – это позор».
               
Митя не допускал ошибок. А тут вдруг сказал, что снег получается из дождя. Родителей нужно было подготовить. И он написал тёте Любе: «У меня 4 по природе. Что делать?». Тётя Люба ответила: «Умираааю!». Она хотела отправить ещё сорок смайлов, но батарея сдохла. И тогда она положила телефон на кресло и пошла в магазин за вином и пирожными.
 
Митя понял: это ему наказание за неуспеваемость. Мало того, что опозорен. Мало того, что живет зря. Так он еще и тётю Любу угробил. Ты посмотри, что делается, подумал Митя. Он вздохнул и написал папе письмо:
               
«Я получил 4 по природе».
               
Подумал и послал второе:
               
«И тётя Люба умерла». Что-то ему подсказывало, что это будет кстати.
               
Увидев послания, папа выронил мел. Теорема Больцано-Коши зависла на доске в многообещающем состоянии. Последнее, что услышали студенты, было:
               
- В частности любой многочлен нечётной степени имеет…
               
И вышел из аудитории без мела.
 
Уже в деканате папа позвонил тёте Любе семь раз. Примерно столько же раз она ему не ответила. Потом папа набрал маму. Сказал, чтобы та взяла себя в руки. Если есть поблизости стул или земля, лучше сесть. Чтоб она нашла в себе мужество сдержать удар - сказал. Главное сейчас, сказал папа, держаться вместе. И тогда трагедию пережить будет легче. В общем, сделал все, чтобы мама встретила новость в безмятежном, расслабленном состоянии. Что случилось? – поинтересовалась мама, расслабленная до такой степени, что у неё на шее выступил иней. Такой безмятежной она стала. У Мити – четверка по природоведению, сказал папа.
               
Маму унесли из класса в учительскую и стали лечить. В каждой сумочке нашелся нужный препарат. От высокого давления, от низкого, от токсикоза, от изжоги. В маму сыпалось и лилось всё, что имело форму таблеток и жидкости. Кто-то даже плеснул ей в рот портвейн трудовика. Что-то должно было сработать. Но почему-то ничего не помогало. Мама ела и пила, а ей почему-то становилось всё хуже и хуже. После чего пришла медсестра, поставила маме укол от столбняка. Подумала, и - прививку от гриппа, чтобы два раза не бегать.
               
- Это не всё, - сказала трубка папиным голосом.
               
Что-то ещё с Митей? – спросила мама. Нет, сказал папа, что-то еще с Любой. Что-то серьезное? – уточнила мама. Всё зависит от категоричности пределов, ответил папа. Иногда и 37,2 - повод для отчаяния. Но у тети Любы температура сейчас, слава богу, значительно ниже, сказал папа. Папа делал всё что мог. «Насколько ниже?», - спросила мама. Корвалола в ней было столько, что в её речи зазвучали развязные нотки. Настолько, сказал папа, что хладнокровие её сестры Любы уже перестает быть фигурой речи. «Ай-я-яй», - заметила мама.
               
Идти домой нельзя, решил Митя. Пусть сойдет волна. Пусть сойдет и смоет весь негатив. Подумав, он решил зайти к тёте Любе. Может, она умерла, а потом её кто-нибудь поцеловал? По телевизору такое уже было. Там что-то про красавицу и тридцать три богатыря, кажется….
               
Когда тётя Люба открыла дверь, Митя обрадовался, что она живая. Они сели пить чай с пирожными. Тётя Люба пообещала, что поговорит с папой и мамой, как только найдёт свой телефон.