Люда ушла из дома: признание матери в слезах

свет. А я… не знаю, на сколько меня хватит, если ты продолжишь так себя вести со мной. Мама, я не железная. Я могла в школе дать отпор любому хулигану. А с тобой я так поступить не могу. Но каждый раз спрашиваю себя, чем я могла перед тобой провиниться? Если ты так не хотела меня, ты могла спокойно сдать меня в детдом. У тебя уже есть любимый ребенок, а я …я чувствую себя ненужным щенком. Ненужным, но временами полезным.
Не в силах больше сдерживать слёзы, Люда выскочила из квартиры и помчалась во двор. Татьяна, приложив руку к груди, смотрела на то, как дочь быстро удаляется.
— Нет, я всё же права. Я мать, и делаю всё правильно.
 
Но однажды она чуть не сломала дочь в стремлении воспитать из нее идеальную будущую жену. Татьяна сидела на диване в полном одиночестве, по щекам непрерывно лились слёзы, и она шептала:
— Прости меня, доченька… Я не думала, что причиняю тебе такую боль…
Ближе к полуночи домой вернулся Саша, очень взволнованный. Причём до такой степени, что не обратил внимания на расстроенную мать. Лишь спустя полчаса парень заметил-  что-то не так. Мать постоянно выходит на балкон, будто ждет кого-то.
— Мам, кого ты там высматриваешь? — спросил Саша, когда Татьяна в который раз вышла на балкон. 
— Людка ушла из дома. Мы поссорились, — тихо ответила ему Татьяна и заплакала.
— Что вы опять не поделили? 
— Я даже не знала, насколько ей плохо из-за моего воспитания, — призналась Татьяна. —Всегда думала, что Люда должна быть тихой и послушной, как меня воспитывали. А она не такая, вот и договорились, она ушла из дома. Самое страшное, что всё сказанное ею – чистая правда.
Татьяна закрыла лицо руками, её плечи затряслись от плача. Саша растерялся и застыл столбом. Потом неуклюже обнял мать и осторожно погладил по спине:
— Людка с нами так не поступит. Она не звонила?
— Нет, — всхлипнула Татьяна.
В этот момент щёлкнул дверной замок, и на пороге появилась Люда. Бледная, с осунувшимся лицом и рассеянным взглядом. Она кивнула брату и ушла в спальню. Татьяна вздохнула с облегчением:
— Слава богу, она дома. Пойду поговорю с ней.
Саша неожиданно зашипел:
— Хватит, поговорила. Дай ей одуматься, да и сама отдохни. Хочешь, чтобы она среди ночи ушла?
Этого хватило, чтобы Татьяна отказалась от идеи выяснять отношения на ночь глядя. Зато на следующий день она увидела, как дочь поспешно собирается на учебу. Люда даже не стала завтракать. Выпила наспех кружку холодной воды и выбежала из квартиры, не пожелав матери доброго утра, как прежде. На сердце Татьяны заскребли кошки, и она начала быстро собираться на дежурство. Из головы не выходили слова дочери и её залитое слезами лицо. «За что ты меня так ненавидишь?»
Татьяна не смела признаться самой себе, что ей до сих пор больно, что муж, который клялся в любви, ушел к другой. Ушёл, завел детей и живет, не вспоминая о первой семье. Когда Олег появился на пороге, женщина думала, что ей привиделось. Но это действительно был он и сидел на кухне в её квартире, рассматривая обстановку с видимым любопытством. После того, как Люда практически заставила отца уйти, Татьяна поняла, что она намного слабее собственной дочери. И осознание этого факта заставило её наговорить много лишнего, о чем она искренне жалела…
Но сказанных слов не вернешь. Теперь оставалось только надеяться на благоразумие дочери и верить, что больше ссор между ними не будет. Люда после того вечера резко замкнулась в себе. Она молча выполняла просьбы матери насчёт торговли, лишь бы не оставаться с родительницей наедине. Татьяна скучала по вечерним разговорам, шуму в квартире, но этого теперь не было. Люда не разговаривала ни с братом, ни с ней. Она старалась не смотреть в сторону матери, только кивала в знак согласия или коротко отвечала «Нет». Терпения Татьяны хватило на четыре недели. А потом случилась новая ссора.
— Сколько можно из себя строить обиженную? Скажи хоть что-нибудь, или язык проглотила? — взорвалась Татьяна, глядя на молчаливую дочь.
— Зачем? —кротко спросила Люда. — Давай не будем начинать всё сначала, мама. Мы обе