Ссора с Ларисой Петровной из-за уборки

сам не может взять пылесос или хотя бы протереть стол? Он что, инвалид?
— Как ты смеешь так говорить про моего сына?! Сенечка — настоящий мужчина! Он тебе деньги зарабатывает! Не пьёт, по барам не шляется! А ты что?! Ты должна быть благодарна, что у тебя такой муж! И содержать дом в чистоте — это твоя прямая обязанность, как жены! Не для того его мама растила, пылинки с него сдувала, чтобы он после работы ещё и полы мыл!
— Я тоже деньги зарабатываю, Лариса Петровна! Ипотеку мы вместе платим, за квартиру тоже пополам скидываемся! Я не сижу у него на шее и содержанкой никогда не была! И я не нанималась сюда горничной! Мне тоже хочется прийти домой и просто отдохнуть, расслабиться, а не сразу хвататься за тряпку и выслушивать упрёки!
— Ты обязана! Ты обязана, как жена! — она с размаху стукнула кулаком по кухонному столу. — Я тебе ещё раз говорю: у него аллергия, значит, надо убираться — кровь из носу! А если ты не справляешься, значит, ты просто плохая хозяйка!
— Да хватит уже! — я всхлипнула, и слёзы покатились по щекам. — Вы постоянно меня критикуете! Всегда! Что бы я ни делала, всё не так! И это не так, и то не так! Я устала! Устала от ваших вечных проверок!
***
Когда пришёл Сеня, в квартире стояла тишина. Мы с Ларисой Петровной сидели в разных комнатах и демонстративно не разговаривали. Свекровь сама покормила своего сыночка ужином, который я приготовила днём ранее. Я лишь крикнула из спальни, что плохо себя чувствую, и даже не вышла к ним. Вечер был безнадёжно испорчен.
Я психанула, и на следующий день, сразу после работы, предложила мужу:
— А давай сходим в гости к твоей маме? Прямо сейчас.
— Зачем? — Семён захлопал глазами от удивления.
— Мы тут повздорили немного вчера, сама не своя была от усталости... Хочу извиниться перед ней, да помириться уже наконец. Купим тортик, посидим по-семейному.
— Вот это молодец! Вот это я поддерживаю! — обрадовался Сеня. — Поехали!
Через полчаса мы уже стояли на пороге квартиры Ларисы Петровны. Семён нажал звонок. Тишина. Потом за дверью раздалось торопливое шарканье тапочек. Дверь приоткрылась, и из-за неё выглянуло растерянное лицо свекрови.
Вид у неё был… совсем домашний. Простой фланелевый халат в каких-то пятнах, волосы завязаны в пучок, который смешно сполз набок.
— Сенечка! Анютка! — её глаза округлились от нашего неожиданного визита. — Вы что… как… Без звонка?!
— Ну мы решили сюрприз сделать, мамуль! — Семён радостно улыбнулся во весь рот, шагнул вперёд и крепко обнял мать. — Как ты? Мы к тебе с тортом!
На лице свекрови читалась самая настоящая тревога.
— Ой, да, конечно, заходите… Заходите, мои хорошие! Я тут просто… ну совсем не ожидала! Проходите-проходите...
Мы прошли в прихожую. Пока Сеня разувался, мой взгляд скользнул в спальню, дверь которой была приоткрыта. Ну коне-ечно. Постель — целое сооружение из смятых простыней, и огромного, свернутого в комок одеяла.
Мы прошли в гостиную. На журнальном столике, который стоял посередине комнаты, одиноко лежала старая газета с наполовину разгаданным сканвордом, рядом с ней — кружка с засохшим чайным пакетиком, забытая с утра. А на полках… О-о, это зрелище я видела издалека. На полированных поверхностях лежал хороший, плотный слой пыли.
Семён плюхнулся на диван. Я же медленно подошла к старому советскому шкафу с книгами. Провела пальцем по верхней полке. Слой пыли был впечатляющим.
— Лариса Петровна, а что это у вас тут… за такой необычный декор? — я демонстративно показала ей свой грязный палец. — Пыль? Кажется, это пыль. Наверное, это какая-то новая модная тенденция в интерьере, да? Чтобы естественности добавить?
Свекровь замерла, её глаза метались между моим пальцем и пыльной полкой.
— Анютка, ну что ты такое говоришь! — она нервно махнула рукой. — Ну, это… У меня просто… не успела! Я же работаю, как и вы.
— Ах, вы работаете! Какая прелесть! — я кивнула, растягивая слова. — И потому не успеваете? Ну, конечно! Это же так тяжело, после работы, да ещё и убираться! Я вас так понимаю, Лариса Петровна.
Семён наконец-то поднял голову. Он с