26.05.2026 08:19
Сергей Гладышев против сестры: кто получит квартиру отчима?
ый, расчётливый огонёк.
– Всё просто, мам, – ответил он равнодушно. – Я много работал и переутомился. Сильно. Сама понимаешь, быть нотариусом – это вечные нервы, суды, заседания, гонка. Вот и сорвался. С каждым может случиться.
– Но ты же всегда был таким крепким, – всхлипнула мать, промокая глаза платком. – Никогда не жаловался. А тут – на тебе. В психушку загремел.
– Такова жизнь, мам, – философски заметил Гладышев, пожимая плечами. – Но я скоро выйду. Правда, не знаю пока, что буду делать дальше.
Мать всплеснула руками:
– Серёжа, я тебе вот, что сказать пришла. Семён Васючков, отчим твой, умер. Царствие ему небесное.
Гладышев поднял голову и посмотрел на мать с внезапным интересом.
– Умер? – переспросил он, но потом добавил вяло. – А мне что с того?
– Квартиру он оставил, – продолжила мать, глядя сыну в глаза. – Тебе и Насте. Пополам. Она теперь там живёт.
Лицо Гладышева потемнело. Он резко выпрямился.
– А с чего это вдруг Настя теперь там живёт? – спросил он с нарастающим раздражением. – Она меня спросила? Я не собираюсь просто так отдавать ей своё жильё. Половина квартиры – моя. Вышвырни её оттуда.
– Серёжа, ну что ты говоришь? – испуганно замахала руками мать. – Она же твоя сестра! И с ребёнком одна осталась. Ей нужно где-то жить.
– Мне тоже нужно где-то жить, мам, – отрезал Гладышев. – Или ты думаешь, я после этой психушки сразу начну миллионы зарабатывать? Нет. Отчим оставил квартиру мне. И я её никому не отдам.
Мать поняла, что спорить бесполезно. Она тяжело вздохнула, поднялась и, поцеловав сына в щеку, ушла, оставив сыну передачку и запах дешёвых духов.
Как только за ней закрылась дверь, Гладышев подошёл к Таисии.
– Тась, – заговорил Гладышев вкрадчиво, опираясь обеими ладонями о стол. – Помоги мне выйти отсюда. Я больше не могу здесь находиться. Мне очень надо. Понимаешь? Иначе сестра может отжать у меня жильё! Скажет, что я лечусь в дурке и всё!
Медсестра оглянулась по сторонам, убедилась, что их никто не слышит, и тихо ответила:
– Я придумаю что-нибудь, Серёжа. Ты только не дёргайся раньше времени.
Вечером того же дня, когда больница погрузилась в сумерки и только дежурные лампы тускло освещали коридоры, Таисия подошла к палате Гладышева. Она присела на край его кровати и заговорила шёпотом:
– Я придумала, как тебе помочь. Только есть одно условие.
– Говори, – нетерпеливо сказал Гладышев.
– Мы должны расписаться, – твёрдо произнесла Таисия. – Только так, на правах законной супруги, я смогу тебя вытащить отсюда. Я заберу тебя под свою ответственность. Никто не посмеет возразить.
Гладышев на мгновение задумался, но потом решительно кивнул.
– Согласен, – сказал он. – Когда?
– Я потом тебе скажу, когда всё узнаю, – ответила Таисия, и в её глазах мелькнула довольная искра.
***
В небольшой квартире, когда-то принадлежавшей Семёну Васючкову, было тихо и уютно. Настя лежала на кровати, лениво листая ленту новостей в телефоне. С экрана на неё смотрели чужие счастливые лица, чужие успехи и радости. Почему у неё всё не так?
Андрюшка был в детском саду. Она отправила его туда с утра, и теперь в квартире царила непривычная тишина. Настя с сожалением подумала: жаль, что садики не работают круглосуточно. Иногда так хочется побыть одной, чтобы никто не дёргал, не задавал вопросов, не требовал внимания.
В дверь неожиданно позвонили. Она вздохнула и отложила телефон в сторону. Кого там ещё принесло? Она не ждала гостей.
Настя подошла к двери и глянула в глазок. За дверью стояла незнакомая женщина. Одета просто, но опрятно. Настя нахмурилась и открыла дверь, оставив цепочку на всякий случай.
– Вы к кому? – спросила она настороженно.
Женщина улыбнулась, но улыбка вышла холодной, деловой.
– Здравствуйте, – сказала она. – Меня зовут Таисия Степановна. Мы можем с вами поговорить? У меня есть новости о вашем брате.
Настя опешила, но дверь не открыла.
– Какие ещё новости? – спросила она.
– Ваш брат женился. Я его жена. Мы на днях официально расписались. И по закону половина этой квартиры принадлежит нам. Так что, Настенька, придётся
– Всё просто, мам, – ответил он равнодушно. – Я много работал и переутомился. Сильно. Сама понимаешь, быть нотариусом – это вечные нервы, суды, заседания, гонка. Вот и сорвался. С каждым может случиться.
– Но ты же всегда был таким крепким, – всхлипнула мать, промокая глаза платком. – Никогда не жаловался. А тут – на тебе. В психушку загремел.
– Такова жизнь, мам, – философски заметил Гладышев, пожимая плечами. – Но я скоро выйду. Правда, не знаю пока, что буду делать дальше.
Мать всплеснула руками:
– Серёжа, я тебе вот, что сказать пришла. Семён Васючков, отчим твой, умер. Царствие ему небесное.
Гладышев поднял голову и посмотрел на мать с внезапным интересом.
– Умер? – переспросил он, но потом добавил вяло. – А мне что с того?
– Квартиру он оставил, – продолжила мать, глядя сыну в глаза. – Тебе и Насте. Пополам. Она теперь там живёт.
Лицо Гладышева потемнело. Он резко выпрямился.
– А с чего это вдруг Настя теперь там живёт? – спросил он с нарастающим раздражением. – Она меня спросила? Я не собираюсь просто так отдавать ей своё жильё. Половина квартиры – моя. Вышвырни её оттуда.
– Серёжа, ну что ты говоришь? – испуганно замахала руками мать. – Она же твоя сестра! И с ребёнком одна осталась. Ей нужно где-то жить.
– Мне тоже нужно где-то жить, мам, – отрезал Гладышев. – Или ты думаешь, я после этой психушки сразу начну миллионы зарабатывать? Нет. Отчим оставил квартиру мне. И я её никому не отдам.
Мать поняла, что спорить бесполезно. Она тяжело вздохнула, поднялась и, поцеловав сына в щеку, ушла, оставив сыну передачку и запах дешёвых духов.
Как только за ней закрылась дверь, Гладышев подошёл к Таисии.
– Тась, – заговорил Гладышев вкрадчиво, опираясь обеими ладонями о стол. – Помоги мне выйти отсюда. Я больше не могу здесь находиться. Мне очень надо. Понимаешь? Иначе сестра может отжать у меня жильё! Скажет, что я лечусь в дурке и всё!
Медсестра оглянулась по сторонам, убедилась, что их никто не слышит, и тихо ответила:
– Я придумаю что-нибудь, Серёжа. Ты только не дёргайся раньше времени.
Вечером того же дня, когда больница погрузилась в сумерки и только дежурные лампы тускло освещали коридоры, Таисия подошла к палате Гладышева. Она присела на край его кровати и заговорила шёпотом:
– Я придумала, как тебе помочь. Только есть одно условие.
– Говори, – нетерпеливо сказал Гладышев.
– Мы должны расписаться, – твёрдо произнесла Таисия. – Только так, на правах законной супруги, я смогу тебя вытащить отсюда. Я заберу тебя под свою ответственность. Никто не посмеет возразить.
Гладышев на мгновение задумался, но потом решительно кивнул.
– Согласен, – сказал он. – Когда?
– Я потом тебе скажу, когда всё узнаю, – ответила Таисия, и в её глазах мелькнула довольная искра.
***
В небольшой квартире, когда-то принадлежавшей Семёну Васючкову, было тихо и уютно. Настя лежала на кровати, лениво листая ленту новостей в телефоне. С экрана на неё смотрели чужие счастливые лица, чужие успехи и радости. Почему у неё всё не так?
Андрюшка был в детском саду. Она отправила его туда с утра, и теперь в квартире царила непривычная тишина. Настя с сожалением подумала: жаль, что садики не работают круглосуточно. Иногда так хочется побыть одной, чтобы никто не дёргал, не задавал вопросов, не требовал внимания.
В дверь неожиданно позвонили. Она вздохнула и отложила телефон в сторону. Кого там ещё принесло? Она не ждала гостей.
Настя подошла к двери и глянула в глазок. За дверью стояла незнакомая женщина. Одета просто, но опрятно. Настя нахмурилась и открыла дверь, оставив цепочку на всякий случай.
– Вы к кому? – спросила она настороженно.
Женщина улыбнулась, но улыбка вышла холодной, деловой.
– Здравствуйте, – сказала она. – Меня зовут Таисия Степановна. Мы можем с вами поговорить? У меня есть новости о вашем брате.
Настя опешила, но дверь не открыла.
– Какие ещё новости? – спросила она.
– Ваш брат женился. Я его жена. Мы на днях официально расписались. И по закону половина этой квартиры принадлежит нам. Так что, Настенька, придётся