Перестрелка в лесу: Илья против Тимура и Руслана

Полынь - 10 – Зараза!!! – завопил Тимур, когда опустошил всю обойму и понял, что остался беззащитным перед этим лесным человеком. Илья осторожно коснулся распоротой пулей кожи щеки и уха, зашипел от боли и выругался. Потом, поняв, что у противника закончились патроны, быстро зарядил ружье, прячась за кустами, подобрался к избушке и, выскочив оттуда, наставил ружье на Тимура, который пытался подобраться к пистолету лежавшего без сознания Руслана.
Илья отбросил оружие ногой и ткнул ружьём в Тимура.
– Ещё раз рыпнешься, башку разнесу…
– Ты кто такой? Что тебе надо?! – Тимура трясло от страха, боли и злости.
– А вам что тут надо? – вопросом на вопрос ответил Илья.
– Мы ищем одного человека…
– Кроме меня и зверья здесь никого нет, – сказал Илья. – Тут моя территория и вам, городским, тут делать нечего. Так что давай, поднимайся, забирай своего друга и проваливай туда, откуда пришёл…
– Погоди, я тебя где-то уже видел… – отчаянно вглядывался в нависшую над ним фигуру Тимур. Лицо его перекосило от ярости.
Дождь хлестал по деревьям, бил тугими струями по крыше избушки, барабанил по стёклам, ручейками стекал по плечам и окровавленному лицу Ильи.
– Видел, ну и радуйся, а теперь проваливай…
Тимур поднялся и, шатаясь, взвалил на плечи бесчувственного Руслана – пуля Ильи раздробила его плечо. Сделав пару шагов, Тимур обернулся и прошипел сквозь зубы:
– Зря ты в это ввязался. Я тебя запомнил, мужик. Хорошо запомнил. И мы ещё встретимся.
– Вали отсюда подобру-поздорову, – ответил Илья, не опуская ружья. – Пока я не передумал.
Тимур сплюнул, подхватил Руслана поудобнее и, пошатываясь, двинулся в темноту. Дождь мгновенно поглотил его фигуру, и через несколько секунд только шум ливня заглушил его тяжёлое дыхание и шаги.
Илья опустил ружьё, прислонил его к крыльцу и присел на ступеньку. Дождевые капли смешивались с кровью, стекавшей по его щеке, и он чувствовал жгучую боль в рассечённом ухе и на скуле. Пуля прошла вскользь, но оставила глубокий порез – от щеки до уха. Кровь текла по шее, пропитывая воротник футболки. Он стянул её через голову, подставляя ничем не защищённое тело упругим струям, стиснул зубы и закрыл глаза.
Из темноты выбежала Полина. Мокрая насквозь, с прилипшими к лицу волосами, она увидела Илью, сидящего на крыльце в лужице стекающей по нему крови, и вскрикнула, прижав ладони ко рту.
– Илья! Господи! – она бросилась к нему, упала на колени рядом, осторожно коснулась его лица, заглянула в глаза. – Ты ранен! Илья!
Он медленно поднял голову, и на губах его появилась мягкая улыбка.
– Пустяки. Царапина. Пуля задела по касательной. Ты зачем вернулась?
– Где они? Где эти люди? – Полина оглянулась, боясь, что они появятся сейчас снова.
– Ушли, – Илья встал, взял её за руки, поднял и притянул к себе. – Я же обещал...
– О! Я так испугалась.
Полина всхлипнула и прижалась лбом к его мокрому плечу. Дождь лил, не переставая, а они стояли так, обнявшись, под открытым небом, не замечая ни пронизывающего ветра, ни хлещущего дождя, ни обступившей их со всех сторон ночи. И Илья, несмотря на жгучую боль, чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Потому что его любовь была рядом. Потому что он смог её защитить.
– Пойдём в избушку, – сказала Полина, осторожно отстраняясь от него. – Нужно обработать твою рану.
Полина зажгла лампу, поставила её на стол, и жёлтый свет озарил комнату. Александр по-прежнему лежал на топчане, он был в сознании и с тревогой смотрел на Полину и Илью.
– Что это? Кто стрелял?
– Не бойтесь, Саша, – ответила она на его вопрос. – Всё хорошо. Но нам придётся отсюда уйти.
Она взяла бинт, ковш с водой, какой-то настой в тёмной бутылке. Илья сидел на лавке, и она начала аккуратно промывать его рану, смывая кровь и грязь. Илья морщился, но терпел.
– Сильно? – спросил он.
– Да, Илья, шрам останется точно, – ответила она, ловко накладывая повязку. – На всю жизнь.
– Шрамы украшают мужчину, – усмехнулся он.
Она покачала головой, достала шприц и ампулу – те же лекарства, что колола Александру.
– Это антибиотик. Чтоб заражения