м во дворе как-то бельё развешиваю, поворачиваюсь, а он смотрит на меня через стекло, глазами проедает.

м во дворе как-то бельё развешиваю, поворачиваюсь, а он смотрит на меня через стекло, глазами проедает. Спрятался за занавеску, да поздно уж. Заметила. Я ж не слепая. Думала, может, сам потихонечку расхаживается, чтоб никто не видал, а как запах водки от него почуяла, так всё и поняла.
 - Ты говорила, что к нему родственник приехал. Вместе, что ли, пили?
Лида пристально посмотрела на Катю и густо покраснела.
— Что? Что случилось? — Катя поняла по её испуганному взгляду, что здесь что-то не так.
— Племянник его приехал. Стёпка.
Катя заметила, как у Лиды задрожали руки.
— Лид, а ну-ка, выдавай всё, как на духу.
Лида долго молчала, собираясь с мыслями и силами. Ей было тяжело вспоминать тот злосчастный день, когда Степан, приехав в дядьке и не застав его дома, напал на неё.
***
Илья сидел на соседской веранде, нервно выкуривая папиросу и стуча пальцами по столу. Анна смотрела на него во все глаза, теребя пальцами клеенчатую скатёрку.
— Я ж тебе говорю, — продолжала она, вытирая губы рукавом ночной сорочки, — сделала всё, как ты и хотел, а теперь иди, Илья, не гневи Бога. За прошлогодних кур я уже всё отработала, потому отстань ты от меня, родимый, и живи свою жизнь сам. Чёрт меня попутал, когда куры твои в огород мой заскочили. Их и в помине уже нету, а ты всё в заложниках меня держишь. Лидку вон пригнала, как ты и просил. За Лидку перед Богом ответ держать буду, обидела я её шибко. Да и никто не поверит насчёт кур-то. Год уж прошёл. Хозяйство свое ты распустил, так что…
— Ненавижу я её, — Илья расстегнул верхнюю пуговицу рубахи, — за всё ненавижу.
— Да что она тебе сделала-то?
— Родилась не от того мужика. Не моя она, понимаешь?  - он треснул кулаком по столу так неожиданно, что Анна подпрыгнула.
— Как? — подняла она брови.  — И ты знал?
- Догадывался. Приезжал ко мне этот… бывший Нинкин. Разговаривали. Долго. Потом ушёл, а у меня аж сердце зашлось, такая злоба меня взяла, что чуть хату по пьянке не сжёг. Заснул с папиросой, проснулся, а хата вся в дыму.
— Уезжать тебе надо, Илья. Да подальше. Начнешь новую жизнь, может, жену хорошую отыщешь.
— Думал я об этом. Сейчас Стёпку домой отправлю и, скорее всего, поеду.
— А куда?
— Куда глаза глядят.
***
Катя прижимала ладонь к губам, слушая историю Лиды. Какой страшный поступок совершил родственник… в голове не укладывается.
— А он знает, что Сашка ему сыном приходится?
— Нет, — помотала головой Лида, успокоившись. — И не узнает.
— Лид, так ведь… а если скажет кто?
— Кто? Никто об этом не знает. Я ни одной живой душе не проболталась.
— Бедные вы, бедные… Лида, страх-то какой.
Они посидели ещё немного. Катя рассказала, что Паша вернулся из армии почти глухим. Что с Зойкой они поженились, но бессовестная жена гуляет, пока Паша на работе. Лида, краснея, слушала Катю. Жалко Пашку, судьбу себе испортил.
— Я же помню, как ты с ним встречалась, Лид. — Катя приподняла уголки губ. — Давай я ему словечко о тебе замолвлю.
— Что ты, не надо! — всполошилась Лида.
— Почему? Разведется со своей стервой, уйдет к тебе.
— У них же ребенок.
- Да не его этот ребенок, я точно знаю.
— Откуда?
— Оттуда. Земля слухами полнится. Пора мне, Лид, мать дома рёвом ревёт, тёть Глашу оплакивает до сих пор. Ехать мне надо.
Лида проводила Катю и вернулась. Подумала немного, сидя за столом в кухне, взяла сына, вышла на улицу и отправилась на кладбище, чтобы проведать могилу Егора.
***
Приехав в Лапино, первым делом Катя заглянула домой, побеседовала с мамой. Потом переделала все дела по хозяйству и, дождавшись вечера, отправилась на ферму к Павлу, чтобы серьезно поговорить с ним.