в, а затем, не церемонясь, потащил её к машине.

в, а затем, не церемонясь, потащил её к машине.
– Пусти! – закричала Василина, брыкаясь. – Ты что делаешь?!
Тимур распахнул дверцу, и Марат, не обращая внимания на девичьи крики, затолкал её внутрь. Она ударилась коленом о порог, взвыла от боли, но дверь уже захлопнулась, и «УАЗ», взревев мотором, рванул с места.
Какое-то время они петляли по просёлочным дорогам, пока не въехали в глухой лес, где остро пахло хвоей и прелой листвой. Кроны деревьев смыкались в вышине, погружая белый день в сумрак. Машина остановилась на поляне, и Марат выволок Василину наружу.
– Говори, – Марат приблизился вплотную, нависая над ней. – Откуда ты знаешь Влада?
– Я не знаю никакого Влада! – выкрикнула Василина.
– Не ври, – вмешался Тимур и вдруг, размахнувшись, хлестнул её по щеке. – Ты набирала его номер. Зачем ты ему звонила?
Василина поняла, что отпираться бесполезно. Они всё равно добьются правды. Она закрыла глаза, перевела дыхание и выпалила:
– Александр... он скрывается у моей сестры. Полины. На хуторе Берёзовый.
Марат и Тимур снова переглянулись, но теперь в их взглядах была не насмешка, а стальная решимость.
– А вот с этого момента давай-ка подробнее, – коротко бросил ей Марат.
***
Полина осмотрела рану Александра, осторожно коснулась пальцами кожи, и от этого прикосновения у него вдруг перехватило дыхание. Но совсем не от боли.
– Всё, перевязывать больше не нужно, – сказала Полина, отступая на шаг. – Теперь ране нужен воздух. Затянется быстро. Одевайся. Саша, ты что?
Но Александр не слышал её. Он стоял перед ней полуголый, и она вдруг почувствовала, как от него волнами исходит жар. Он шагнул к ней, схватил за руку.
– Полина... – голос его стал низким, хриплым, в нём звучала невысказанная мольба. – Я никогда не встречал таких девушек, как ты. Ты – чудо. Я люблю тебя.
Полина попыталась высвободить руку, но он сжал пальцы ещё крепче. В его глазах вспыхнул опасный огонь, дыхание участилось, он подался вперёд и толкнул её, прижимая к стене.
– Пусти, – сказала она твёрдо, но он придвинулся ещё ближе, а потом наклонился, пытаясь поцеловать её, в то же время стягивая с плеча лямку сарафана.
– Не смей! – крикнула Полина, изо всех сил оттолкнув его.
Но Александр был сильнее. Он прижимал её к стене, тяжело дыша, и Полина почувствовала, как страх ледяной волной окутывает её с головы до ног. Рука Александра легла ей на бедро и сжала нежную кожу, а горячие пальцы подцепили край белья.
– Полина, девочка моя, хочу, – шептал он как безумный. – Увезу тебя с собой, ты будешь только моя. Всё тебе отдам, квартиру куплю, любить буду… Полина…
Она собрала все свои силы, замахнулась и со всей мочи влепила ему крепкую, деревенскую пощёчину. Звонкий хлопок разрезал тишину, голова Александра мотнулась в сторону, на щеке проступил красный след.
– Вон отсюда! – крикнула Полина, отступая в сторону и указывая на дверь. – Живо! Чтобы духу твоего здесь не было!
Александр стоял, оглушённый, глядя на неё с болью и обидой.
– Поль, да я же по-хорошему!
– Убирайся! – повторила она, и голос её дрожал от гнева и отвращения.
Александр медленно взял со стула рубашку, надел её и, не сказав ни слова, вышел во двор, хлопнув дверью. Ещё через минуту открылась и закрылась калитка. Александр ушёл. Полина прижала руку к груди, чтобы успокоить бешено колотившееся сердце. В носу щипало от слёз, но она не заплакала. Она была зла. Зла на него, на себя, на Илью, который втянул её во всё это.
– Ну что ж, может так оно и лучше, – сказала Полина сама себе. – Наконец-то я смогу жить спокойно… теперь бы ещё решить, что делать с Васей.
***
– Давайте, я объясню вам, где живёт моя сестра! – воскликнула Василина, испуганно переводя взгляд с Марата на Тимура. – И отпустите меня уже! Я ведь вам всё рассказала!
– Не-е-ет, – протянул Марат. – Ты поедешь туда с нами. Как только стемнеет. А пока мы с тобой развлечёмся здесь. Ты ведь не против этого, малышка?