анёс Владу ещё несколько ударов.

анёс Владу ещё несколько ударов.
– Отпусти… – простонал Влад. – Кристина беременная, ей нельзя…
Стас прижал его коленом к полу и зарычал ему прямо в лицо:
– Свою жалеешь, да? А мою кто пожалел?! Сука! Ты был в больнице, когда убили Надю! Кто это сделал? Что ты знаешь?
– Я не убивал её! – задыхаясь, простонал Влад. Он пытался вырваться, но силы были неравны.
За дверью заходилась в крике Кристина:
– Хватит! Пожалуйста, не трогайте его!
– Кто она тебе? – Стас сильнее надавил коленом, глядя Владу в глаза. – Кристина – кто?
– Жена, – прохрипел Влад, обмякнув.
Стас секунду смотрел на окровавленное лицо Влада, на его разбитые губы, на злые слёзы, которые смешивались с кровью. Потом медленно отпустил его, поднялся на ноги и, пошатываясь, отошел к стене.
В квартире стало тихо. Только за дверью всё ещё всхлипывала Кристина, из комнаты доносился тот самый странный звук – наверное, девочка пыталась позвать маму. Стас протянул руку и щёлкнул замком.
В ту же секунду дверь распахнулась, и Кристина вылетела в коридор, споткнувшись о порог. Увидев Влада на полу, она вскрикнула и бросилась к нему, упав на колени. Тело её дрожало, руки судорожно ощупывали его лицо, плечи, грудь, словно она пыталась убедиться, что он цел. Она заслонила его собой от Стаса, раскинув руки, как наседка, защищающая птенца.
– Не смейте! Не трогайте его! – голос её срывался на визг.
Стас молча смотрел на них. Он стоял, опершись плечом о стену, и в глазах его не было ни злости, ни жалости – только лишь пустая, давящая усталость. Кровь из разбитой губы уже застывала на подбородке, на плече расплывалось алое пятно, но он, казалось, не замечал боли.
Влад сел, тяжело опираясь спиной о шкаф. Дыхание его было порывистым. Кристина метнулась на кухню и через мгновение вернулась с мокрым полотенцем в руках: вода капала на пол, оставляя на паркете тёмные следы. Она наклонилась и протянула руку, чтобы вытереть кровь с его лица, Влад мягко, но твёрдо перехватил её запястье.
– Я сам. Иди к Юле. И дверь закрой. И не бойся. Теперь мы просто поговорим. Всё будет хорошо.
Она замерла, посмотрела ему в глаза и кивнула. Послушно, как ребёнок, развернулась и ушла в комнату, откуда доносился тот же надрывный, надломленный звук.
Влад проводил её взглядом, а затем медленно поднял глаза на Стаса. В них больше не было бешенства, только решимость.
– Думаешь, я пресмыкался перед Гальпериным просто так? – голос его звучал хрипло, с присвистом. – И зад ему вылизывал ради своего удовольствия? Нет. Я делал это ради них.
Он кивнул в сторону двери, за которой скрылась Кристина.
– Если хочешь, убей меня. Но вместо одной жизни ты заберёшь сразу четыре. Не будет меня, умрут и они. Она и Юля. И мой сын, который скоро родится. Крис не такая, как все. Я без неё просто тварь. А с ней... Слышишь, Вепрь… Никто не должен был знать, что она у меня есть. И никто не знает. Кроме тебя. Если я узнаю, что ты кому-то…
На лице Стаса не дрогнул ни один мускул.
Влад шумно выдохнул:
– Ну да. Ты не из болтливых. Я знаю. Гальперин всегда хорошо платил. В том числе и за молчание. А теперь вышвырнул меня на улицу как паршивого пса.
Стас усмехнулся – криво, жёстко, почти зло:
– Я должен тебя пожалеть?
– Я правда не виноват в смерти твоей Надежды, – ответил Влад, не отводя взгляда. – Мне нужно было забрать Тимура.
Лицо Стаса снова окаменело.
– Кто убил её?
– Спроси об этом у Тимура.
– Он жив?
– Пока да. Но это ненадолго.
Стас отшатнулся от стены и навис над Владом:
– Где он?
Влад назвал адрес. Старый дачный посёлок, наполовину заброшенный, где дома стояли тёмными призраками среди заросших участков. Место, где легко спрятать человека, которого не должны найти.
Стас выпрямился. Посмотрел на Влада сверху вниз, и в голосе его зазвенела сталь:
– Я бы убил тебя прямо здесь. И мне плевать на твою семью так же, как тебе на мою. Но я не зверь и дам тебе последний шанс. Только ты должен знать, Владик: если ты обманул меня, я вернусь. И если тебя не будет здесь, найду тебя там, где ты будешь.
Он не стал ждать ответа. Развернулся, вышел вон,