вцепилась в руку проводницы: – Милая, ты уж пригляди за девочкой.

вцепилась в руку проводницы: – Милая, ты уж пригляди за девочкой. Она у нас одна едет, волнуемся шибко.
– Ладно, присмотрю, – буркнула проводница и закрыла дверь вагона.
Поезд вздрогнул, лязгнул сцепками, дёрнулся. Валентина шагнула следом, и всё шла, не останавливаясь, пока видела машущую в окно Милану.
Наконец остановилась и, почувствовав прикосновение мужа к своему плечу, повернулась к нему и прижалась щекой к его руке:
– Ох, Костя! Не на месте у меня сердце. Всё мне кажется, что что-то случится.
– Перестань, Валя, – ответил он ей. – Не кличь беду. Вот увидишь, всё будет хорошо.
***
Милана вошла в купе и поздоровалась со своими попутчиками.
– Меня Милана зовут, – сказала она, занимая своё место.
– А я Илья, – ответил парень с верхней полки. – До Москвы?
– Ага, – по привычке кивнула Милана и невольно улыбнулась, представив обычный окрик тёти Вали: «Не агакай мне тут!»
Илья, приняв улыбку девушки на свой счёт, почему-то смутился и уткнулся в телефон. И Милана перевела взгляд на других своих попутчиков – немолодую уже женщину в чёрной повязке на голове и девочку лет семи-восьми, с бледным личиком и большими серьёзными глазами.
– А вас как зовут? – поинтересовалась у них Милана.
– Я – Маргарита Александровна, – вздохнула женщина, перебирая пакеты. – А это Алиса, внучка моя.
– Очень приятно, – сказала Милана, с любопытством рассматривая печальную девочку и её бабушку.
А та заговорила снова, обращаясь к Милане: 
– Вот беда какая. Мы когда ехать собрались, я хотела оба нижних места выкупить, а билетов уже не оказалось. По одному только в разных вагонах. Пришлось верхнее место брать. Ума не приложу, как мы доедем…
– А вы далеко едете? – спросила Милана.
– В Москву, милая, – ответила Маргарита Александровна, качая головой. – Я ведь там живу. А сюда на похороны приезжала. Нет у меня больше дочери. Погибла в аварии, два месяца назад. Алиса, внучка моя, с ней была. Тоже пострадала, выжила чудом. Только голова у неё теперь часто болит после аварии. Почти всё это время в больнице лежала. Только две недели назад выписали. Ну да ничего, там, в Москве, доктора получше. Надеюсь, помогут. Что уж теперь…
По лицу девочки скользнула скорбная тень, и Маргарита, заметив это, прижала внучку к себе.
Милана закусила губу. В груди что-то сжалось. Она взглянула на своё нижнее место, потом на Маргариту Александровну:
– Давайте поменяемся полками. Я поеду наверху, мне не трудно. А вам с Алисой внизу будет удобнее.
Маргарита Александровна опешила, посмотрела на неё с такой благодарной улыбкой, от которой у самой Миланы в глазах заблестели слёзы:
– Господь тебя благослови, милая. Спасибо тебе. Ты даже не представляешь, как нас выручила.
– Пустяки, – ответила Милана и быстро разместилась на верху, стараясь не замечать удивлённо-одобрительного взгляда Ильи.
***
– Что-то тут сегодня полный тухляк… – поморщился Артём, недовольным взглядом окидывая дорогую обстановку известного клуба.
Даниил откинулся на спинку дивана, лениво покрутил в руках стакан с виски. Напротив него развалился Ян, с вечной усмешкой на красиво очерченных губах.
– Что предлагаешь? – Ян прищурился и потянулся, как сытый кот.
– Да ничего, – повёл плечами Артём. – Может к Русику завалимся? Ему вчера новый «Харлей» подогнали, из салона, муха не сидела. Говорит, больше четырёх лимонов отдал.
– Охренеть, – протянул Ян, присвистнув. – Откуда у него такие бабки?
– Какая разница? – поморщился Даниил, делая глоток. – Маменька сынка обеспечивает…
Ян хохотнул:
– Может и мне подкатить к ней? А что? Я слышал, что Инесса любит с молодыми покувыркаться, и из себя она вполне ничего… С такой можно классно оттянуться, и заодно бабла заработать…
– Хоть ты не ной, – вздохнул Даниил и с громким стуком поставил стакан на стол. – С твоим-то отцом. А вот мне, опять с предками жить. Старый приходил в квартиру, жизни учил…
Ян и Артём переглянулись. Первый ухмыльнулся:
– Ну, на то ты и профессорский сынок. Элита!
– Хренита!  – огрызнулся Даниил. – Достали уже… Одно и то же с утра до ночи: когда ты остепенишься? Когда