Полынь - 42 Ночь, безлунная и непроглядная, лучше плаща-невидимки укрывала окрестности дачного посёлка, и Стас, чтобы не привлекать к себе внимания, …

Полынь - 42 Ночь, безлунная и непроглядная, лучше плаща-невидимки укрывала окрестности дачного посёлка, и Стас, чтобы не привлекать к себе внимания, не доезжая до центрального въезда, свернул направо и там, укрывшись за разросшимися кустами, выключил фары и заглушил двигатель. 
Прошло минут пять, но вокруг было тихо. Лишь где-то невдалеке тоскливо завыла собака, но тут же умолкла, успокоенная окружавшей её тишиной.
Осторожно, практически беззвучно, открыв и закрыв дверь, Стас выскользнул из машины, пробрался в посёлок и, сливаясь с темнотой, направился к интересовавшему его дому, передвигаясь тихо и осторожно по узким улочкам, извивающимся между покосившимися заборами. Под его ногой не хрустнула ни одна ветка, не зашуршал ни один камешек. Но время от времени Стас останавливался и замирал, прислушиваясь к малейшим шорохам.
А вот и дом. Тот самый, о котором говорил Влад. Стас остановился за разросшимся кустом сирени, всматриваясь в очертания двухэтажного строения. В окнах темно, но спешить не стоит. Лучше осмотреться и подождать. Вдруг его почуют собаки, или кто-то из парней стоит на стрёме.
Стас притаился у забора. Время тянулось бесконечно долго: минута, пять, десять. Наверное, прошло уже около получаса. Глаза Стаса привыкли к темноте, и теперь он различал буквально всё, что окружало дачу, видел даже плетёное кресло-качалку на веранде и столик рядом с ним.
Вдруг скрипнула дверь. Стас приподнял правую бровь: значит, в доме не спят, они чего-то ждут. Или кого-то. Он присел. Сгустком темноты на перила веранды облокотился чей-то силуэт. Чиркнула зажигалка и оранжевый огонёк на мгновение осветил жёсткое лицо с квадратным подбородком. Огонёк погас, но в том же месте вспыхнула красная точка тлеющей сигареты.
К первой тени присоединилась вторая, ниже ростом, коренастая.
– Ты охренел, Дэн? – голос второго звучал приглушённо, но Стас разобрал его слова. – Попалишь нас к чёртовой матери. Вепрь не кретин, он быстро поймёт, что к чему.
– Да хрен с ним, пусть понимает, – ответил первый, выпуская густую струю дыма в небо. – Нас шестеро. И все при стволах. Что он сделает, один-то? Не, я думаю, он не сунется.
Стас облизнул и прикусил нижнюю губу: эти двое явно знали, что он придёт. Влад предупредил их об этом. Ладно, с ним он разберётся позже. Ему нужно решить, что делать сейчас.
В тишине отчётливо щёлкнул затвор пистолета. Потом кто-то из этих двух хмыкнул.
– Ты плохо знаешь Вепря. Если он получил команду «фас», сдохнет, но не отступит.
– Ладно, пошли… Хорош тут отсвечивать…
Тени докурили и скрылись в доме. Дверь захлопнулась, лязгнул засов.
Стас медленно выпрямился, размял затёкшие ноги, потом повернулся и бесшумно двинулся обратно, той же дорогой, что и пришёл сюда. Шесть вооружённых парней были неплохой возможностью размяться, но устраивать здесь великое побоище он не собирался. Кто-нибудь из соседей обязательно услышал бы выстрелы и одним звонком стянул сюда все службы, а это совсем не входило в планы Стаса. Он уберёт их всех, но по-тихому, без шума и пыли.
 Машина ждала его там, где он оставил её. Сев за руль, Стас спокойно выехал на дорогу и покатил в сторону города, на все лады перебирая только одну мысль:
– Ну ты и сука… Влад…
Дачный посёлок давно исчез в темноте, а Стас ехал по освещённой фонарями трассе. Но путь его лежал не домой. Там его тоже могли ждать. Мало ли, вдруг им удалось вычислить его новую берлогу. Всё может быть, а значит, лучше подстраховаться и отдохнуть. Поспать несколько часов. В первом же придорожном отеле с круглосуточным кафе. Поесть тоже не помешает.
Стас пропустил несколько заведений и остановился у неприметного здания с парковой, скрытой десятком спящих фур. Самое то!
Стас свернул на территорию «Виража» припарковался, заглушил мотор. Быстро поднялся по ступенькам, оказался в небольшом душном холле и огляделся: дешёвые обои, искусственные цветы в двух больших вазонах, телевизор на стене, мягкий уголок, облезлый и затёртый. Справа дверь, ведущая в кафе, слева – лестница и коридор с дверями, ведущими в номера.