21.07.2026 09:59
, что будет откладывать деньги, и он же в итоге их раздал.
, что будет откладывать деньги, и он же в итоге их раздал. Пусть теперь он и держит слово!»
И тогда я взяла листы бумаги и фломастеры.
На первом листе я нарисовала человечка, подозрительно похожего на Вадима. В одной руке он держал что-то вроде шпателя, а рядом с ним стояло ведро.
На втором рисунке я изобразила себя и наших троих детей. Мы стояли с радостными улыбками, обнявшись, внутри аккуратного деревянного домика с палисадником. Над домиком красовалась табличка, на которой крупными буквами было написано: «Мамина дача!»
Закончив с рисунками, я аккуратно положила их в конверт, поверх расписок, и принялась собирать вещи. Благо, у старших сегодня был последний день учёбы перед каникулами, а младший всё равно был дома. Так что я планировала не откладывать и сегодня же, после обеда, уехать с детьми к маме на дачу.
Вернётся завтра утром со смены мой муженёк, откроет входную дверь, увидит пустоту в прихожей, тишину вместо привычного детского гама, начнёт звонить мне на мобильный, и вот тогда я спокойным, но твёрдым голосом скажу ему:
— Дорогой, тебе нужно срочно кое-что сделать.
— Что такое, любимая? Что случилось?
— Открой конверт с «деньгами» на ремонт, который лежит в комоде. И всё узнаешь. Потом перезвонишь.
Кто-то скажет: «Что за детский сад?! Хочешь выяснить отношения? Так поговори! Сядьте, обсудите, как взрослые люди!». Ох, если бы всё было так просто, мои дорогие советчики. Я слишком хорошо знаю Вадима. Знаю, что будет скандал. Громкий, с метанием тарелок и взаимными упрёками. Скандал ни к чему не приведёт, кроме испорченных нервов и головной боли. Я не люблю скандалы, я их ненавижу. Я предпочитаю тактику «холодного душа». А так, пока он до нас доедет, пока осмыслит увиденное, он остынет. И я, к этому моменту, отойду от первоначального шока и той боли, которую причинили эти расписки. Тогда и поговорим. Нормально. Как муж с женой. Как двое не чужих людей, которые когда-то полюбили друг друга и пообещали быть вместе в горе и в радости.
И тогда я взяла листы бумаги и фломастеры.
На первом листе я нарисовала человечка, подозрительно похожего на Вадима. В одной руке он держал что-то вроде шпателя, а рядом с ним стояло ведро.
На втором рисунке я изобразила себя и наших троих детей. Мы стояли с радостными улыбками, обнявшись, внутри аккуратного деревянного домика с палисадником. Над домиком красовалась табличка, на которой крупными буквами было написано: «Мамина дача!»
Закончив с рисунками, я аккуратно положила их в конверт, поверх расписок, и принялась собирать вещи. Благо, у старших сегодня был последний день учёбы перед каникулами, а младший всё равно был дома. Так что я планировала не откладывать и сегодня же, после обеда, уехать с детьми к маме на дачу.
Вернётся завтра утром со смены мой муженёк, откроет входную дверь, увидит пустоту в прихожей, тишину вместо привычного детского гама, начнёт звонить мне на мобильный, и вот тогда я спокойным, но твёрдым голосом скажу ему:
— Дорогой, тебе нужно срочно кое-что сделать.
— Что такое, любимая? Что случилось?
— Открой конверт с «деньгами» на ремонт, который лежит в комоде. И всё узнаешь. Потом перезвонишь.
Кто-то скажет: «Что за детский сад?! Хочешь выяснить отношения? Так поговори! Сядьте, обсудите, как взрослые люди!». Ох, если бы всё было так просто, мои дорогие советчики. Я слишком хорошо знаю Вадима. Знаю, что будет скандал. Громкий, с метанием тарелок и взаимными упрёками. Скандал ни к чему не приведёт, кроме испорченных нервов и головной боли. Я не люблю скандалы, я их ненавижу. Я предпочитаю тактику «холодного душа». А так, пока он до нас доедет, пока осмыслит увиденное, он остынет. И я, к этому моменту, отойду от первоначального шока и той боли, которую причинили эти расписки. Тогда и поговорим. Нормально. Как муж с женой. Как двое не чужих людей, которые когда-то полюбили друг друга и пообещали быть вместе в горе и в радости.