21.07.2026 12:54
Месть - 9 Проводив Милану до общежития, Даниил отправился к родителям, чтобы передать им подарки от Валентины и Константина.
Месть - 9 Проводив Милану до общежития, Даниил отправился к родителям, чтобы передать им подарки от Валентины и Константина. Но, только переступив порог роскошной родительской квартиры, он понял, что вернулся из другого, параллельного мира, который почему-то застрял в девяностых, если не в восьмидесятых, годах. Нет, у тех людей, что остались в том городке, тоже были телефоны, спутниковая связь, интернет и ещё какие-то блага цивилизации, но сама атмосфера… она была совершенно другой, и сейчас Даниилу казалось, что он побывал в прошлом, из которого ему удалось выбраться только чудом.
В прихожей Даниил сразу же встретил изысканный аромат лаванды, который просто обожала мать, а ещё тут пахло роскошью, о которой даже не мечтала тётка Миланы. Интересно, что она сказала бы, побывав здесь… Наверное, решила бы, что так живут какие-нибудь миллиардеры… Даниил прислушался. Из кабинета доносился приглушённый голос матери, она с кем-то разговаривала по телефону. Отец, как всегда, был у себя в кабинете.
Даниил снял пальто, поставил на пол два объёмных пакета, перевязанных бечёвкой, и крикнул:
– Мам, пап, я приехал!
– Данечка! Сынок! Наконец-то! – Анна Станиславовна поспешила к сыну, обняла его и поцеловала. – Боже мой! Я все эти дни места себе не находила! Слава богу, ты вернулся! Андрей, ну где ты там? Ты что, не слышишь, Даня вернулся!
Её взгляд упал на пакеты, лежавшие у ног Даниила.
– Что это? – спросила она с лёгкой брезгливостью.
– Это вам. От семьи Миланы, – ответил Даниил, расплываясь в улыбке. – Она очень просила передать. Всё своё, натуральное.
Из кабинета вышел Андрей Вадимович и засиял, увидев сына.
– Даня! Наконец-то! Здравствуй, сын! – он крепко обнял Даниила, потом поднял с пола подарки. – Ух ты, какие тяжёлые! Ну-ка, показывай, что там за сокровища.
Анна Станиславовна недовольно поморщилась, но отошла в сторону, скрестив руки на груди. А Даниил вместе с отцом принялся распаковывать гостинцы и выкладывать их на стол. Чего тут только не было: банки с вареньем, квашеной капустой, солёными огурцами, маринованными грибами. Мёд двух видов, завёрнутый в чистое полотенце пирог – настоящая кулебяка; плотно упакованная в фольгу копчёная рыба, что-то ещё…
– Фу, что за деревенщина, – процедила Анна Станиславовна, брезгливо трогая одну из банок пальцем, словно боялась испачкаться. – Ты хоть знаешь, в каких условиях это готовили?
– Мам, попробуй сначала, – мягко предложил Даниил.
Андрей Вадимович уже откупорил банку с огурцами, крякнул от удовольствия и захрустел.
– О-о-о! – выдохнул он, зажмурившись. – Я с детства такой вкуснотищи не ел! Вот это хруст, вот это аромат! Дань, передай Милане, что я её обожаю за такие соленья. А кулебяка… м-м-м…
Даниил засмеялся, глядя на отца, который закатывал глаза от удовольствия, но замолк, заметив, как нахмурилась мать. Анна Станиславовна метнула на мужа злой взгляд:
– Тебя как будто сто лет не кормили…
– Сто не сто, а с детства так не ел точно, – проговорил с набитым ртом Андрей. – Такую кулебяку только моя бабушка готовить умела. Она называла это «стряпать». А ещё сама катала лапшу и варила её на курином бульоне.
– Тётя Миланы до сих пор так делает, – кивнул Даниил. – Я сам видел.
– Всё! Данька, решено! – Андрей хлопнул сына по плечу: – В следующий раз я поеду с тобой!
– Даже не мечтай, – ещё больше нахмурилась Анна Станиславовна. – Я надеюсь, Даня, что это твой последний визит в ту глушь. Господи, что за люди!? Едят какие-то борщи да лапшу, которую сами катают. Дикость.
– Мам, это называется традиция, – спокойно возразил Даниил. – Мы с Миланой и её родными всей семьёй лепили пельмени.
– Погоди… что? Что ты сказал? Они заставили тебя готовить себе еду? Ты, мой сын, сам лепил эти… пельмени? Но это же очень вредная еда. Так нельзя питаться!
Возмущению Анны Станиславовны не было предела, а Даниил продолжал:
– У них есть такой обычай: в один пельмень кладут много соли и перца. Кому он достанется – того ждёт счастье.
Андрей Вадимович рассмеялся:
– Здорово-то как! И кому же повезло?
– Мне, – просто отв
В прихожей Даниил сразу же встретил изысканный аромат лаванды, который просто обожала мать, а ещё тут пахло роскошью, о которой даже не мечтала тётка Миланы. Интересно, что она сказала бы, побывав здесь… Наверное, решила бы, что так живут какие-нибудь миллиардеры… Даниил прислушался. Из кабинета доносился приглушённый голос матери, она с кем-то разговаривала по телефону. Отец, как всегда, был у себя в кабинете.
Даниил снял пальто, поставил на пол два объёмных пакета, перевязанных бечёвкой, и крикнул:
– Мам, пап, я приехал!
– Данечка! Сынок! Наконец-то! – Анна Станиславовна поспешила к сыну, обняла его и поцеловала. – Боже мой! Я все эти дни места себе не находила! Слава богу, ты вернулся! Андрей, ну где ты там? Ты что, не слышишь, Даня вернулся!
Её взгляд упал на пакеты, лежавшие у ног Даниила.
– Что это? – спросила она с лёгкой брезгливостью.
– Это вам. От семьи Миланы, – ответил Даниил, расплываясь в улыбке. – Она очень просила передать. Всё своё, натуральное.
Из кабинета вышел Андрей Вадимович и засиял, увидев сына.
– Даня! Наконец-то! Здравствуй, сын! – он крепко обнял Даниила, потом поднял с пола подарки. – Ух ты, какие тяжёлые! Ну-ка, показывай, что там за сокровища.
Анна Станиславовна недовольно поморщилась, но отошла в сторону, скрестив руки на груди. А Даниил вместе с отцом принялся распаковывать гостинцы и выкладывать их на стол. Чего тут только не было: банки с вареньем, квашеной капустой, солёными огурцами, маринованными грибами. Мёд двух видов, завёрнутый в чистое полотенце пирог – настоящая кулебяка; плотно упакованная в фольгу копчёная рыба, что-то ещё…
– Фу, что за деревенщина, – процедила Анна Станиславовна, брезгливо трогая одну из банок пальцем, словно боялась испачкаться. – Ты хоть знаешь, в каких условиях это готовили?
– Мам, попробуй сначала, – мягко предложил Даниил.
Андрей Вадимович уже откупорил банку с огурцами, крякнул от удовольствия и захрустел.
– О-о-о! – выдохнул он, зажмурившись. – Я с детства такой вкуснотищи не ел! Вот это хруст, вот это аромат! Дань, передай Милане, что я её обожаю за такие соленья. А кулебяка… м-м-м…
Даниил засмеялся, глядя на отца, который закатывал глаза от удовольствия, но замолк, заметив, как нахмурилась мать. Анна Станиславовна метнула на мужа злой взгляд:
– Тебя как будто сто лет не кормили…
– Сто не сто, а с детства так не ел точно, – проговорил с набитым ртом Андрей. – Такую кулебяку только моя бабушка готовить умела. Она называла это «стряпать». А ещё сама катала лапшу и варила её на курином бульоне.
– Тётя Миланы до сих пор так делает, – кивнул Даниил. – Я сам видел.
– Всё! Данька, решено! – Андрей хлопнул сына по плечу: – В следующий раз я поеду с тобой!
– Даже не мечтай, – ещё больше нахмурилась Анна Станиславовна. – Я надеюсь, Даня, что это твой последний визит в ту глушь. Господи, что за люди!? Едят какие-то борщи да лапшу, которую сами катают. Дикость.
– Мам, это называется традиция, – спокойно возразил Даниил. – Мы с Миланой и её родными всей семьёй лепили пельмени.
– Погоди… что? Что ты сказал? Они заставили тебя готовить себе еду? Ты, мой сын, сам лепил эти… пельмени? Но это же очень вредная еда. Так нельзя питаться!
Возмущению Анны Станиславовны не было предела, а Даниил продолжал:
– У них есть такой обычай: в один пельмень кладут много соли и перца. Кому он достанется – того ждёт счастье.
Андрей Вадимович рассмеялся:
– Здорово-то как! И кому же повезло?
– Мне, – просто отв