по лицу, и в этом жесте была такая усталость, что воздух в комнате на секунду как будто сгустился.

по лицу, и в этом жесте была такая усталость, что воздух в комнате на секунду как будто сгустился.
– Ксюша, я ухожу. Ты со мной? – спросил он девушку.
– Нет, – покачала она головой. – Сначала вы должны помириться.
– Это мы уйдем, – сказал Егор, провожая взглядом Анатолия. – Даша, мы едем ко мне домой.
– Нет, – твёрдо ответила ему Дарья. – Мой дом здесь…
– Я понял, – кивнул Егор.
Он вышел на улицу, сел в машину и, одновременно с Якушевым взревев двигателем, разъехался с ним в разные стороны.
– Как-то не так я представляла нашу встречу, – вздохнула Дарья.
– Помирятся, – махнула рукой Ксения. – А мы им в этом поможем…
***
Егор ещё не успел доехать до дома, когда его телефон начал разрываться от настойчивых звонков. Бросив беглый взгляд на экран, Климов поморщился. Ну конечно, Марьянов! Кто же ещё! И как всегда вовремя…
– Я вас слушаю, Георгий Максимович…
– Климов, я что, должен гоняться за тобой?! – в голосе Марьянова слышался металл. – Значит, когда тебе была нужна помощь, ты требовал моей мгновенной реакции, а когда пришло время отдавать долги, пытаешься слиться?
По спине Егора пробежала сухая, колючая дрожь. Он крепче сжал руль, пытаясь подобрать слова, которые всё равно казались ему неправильными. В горле стоял ком.
– Георгий Максимович, я не пытаюсь «слиться». Я стараюсь расставить всё по местам и сделать это максимально безболезненно для всех.
– Не надо мне лирики, Климов, – отрезал Марьянов, и раздражение в его голосе зазвучало ярче. – Я привык разговаривать на языке фактов. Ты сам согласился на наш договор, благодаря которому я вытащил тебя и ту девку из ямы, в которую вы попали. Бонусом ты получил доступ к ресурсам, о которых и мечтать не мог. Я ведь нормально платил тебе? Обеспечил жильём и работой. И всё это – под чёткое, устное, но от того не менее обязательное условие. Моя дочь, Егор, не товар. Но её счастье и будущее для меня – вопрос принципа. И ты дал слово. А теперь я узнаю от нее, что ты уехал и даже не звонишь ей. Как это понимать?
Егор чувствовал, как под ложечкой сосёт пустота, знакомая, гнетущая. Он свернул на обочину, заглушил двигатель и закрыл глаза.
– Я понимаю, что для вас это выглядит как предательство. И признаю, что обязан вам. Без вас... да, всё могло сложиться иначе. Но, Георгий Максимович, я не отказывался от Эвелины.
– Тогда почему ты не с ней? – спросил Марьянов. – Климов, ты – человек умный, расчётливый и, как я полагал, обязательный. Не надо делать меня посмешищем.
– Никто не смеётся! – Егор был раздавлен не столько гневом Марьянова, сколько холодным осознанием собственной беспомощности. Он не мог сказать «нет» по-настоящему. Не мог сказать, что его душит одна мысль о жизни с Эвелиной, под постоянным, благосклонным и всевидящим оком тестя. Не мог сказать, что любит другую. Это прозвучало бы как насмешка и сделало бы всё только хуже. Он был в ловушке собственных прошлых решений и благодарности, которая превратилась в удавку. – Но готов обсудить любые формы компенсации. Расторгнуть контракт на ваших условиях. Вернуть на прежний уровень всё, что возможно.
На том конце провода воцарилась пауза, столь же тяжёлая, как и предыдущие слова. Слышно было только ровное, властное дыхание.
– Поздно, Климов, – наконец произнес Георгий Максимович, и его голос стал гладким, как полированный кладбищенский гранит. – Речь не о деньгах. Деньги для меня – инструмент. Речь о порядке. О том, что твое слово, данное мне, имеет вес. А ещё о том, что Эля беременна. От тебя. И мой внук должен родиться в полноценной семье.
Егор почувствовал, как холодеют кончики пальцев.
– Что?
– Что слышал… Надеюсь, ты сделаешь правильные выводы из нашего разговора. Не прощаюсь.
Щелчок отбоя прозвучал как приговор. Как выстрел в висок. Егор сидел, уставившись в залитое закатным солнцем лобовое стекло, сжимая телефон в онемевшей руке.
Вот и всё. Теперь он окончательно потерял Дарью, потому что был связан по рукам и ногам невидимыми путами долга, которые душили его.
Он завёл двигатель и тронулся с места, не видя и не разбирая дороги, равно