ека у него за деревней, но несколько ульев держит дома.

ека у него за деревней, но несколько ульев держит дома. И пчёлы по всей округе летают. Так что, милая моя, мы здесь все дома.
– А я-то тут при чем? – недовольно повела плечами Эвелина.
– А при том, что если хочешь жить в деревне, привыкай. Под тебя тут подстраиваться никто не будет. Жизнь у всех стабильная, налаженная. Все друг друга знают и уважают. И тебе придётся.
– Да сейчас прям, бегу и падаю! – Эвелина сделала шаг в сторону и действительно чуть не упала, поскользнувшись на затоптанной гусиными лапами глине. Удерживая равновесие, она вскрикнула и замахала руками, испугав шарахнувшуюся во все стороны птицу. Однако один из гусей, самый крупный, видимо вожак, расправил крылья, вытянул шею в сторону Эвелины и угрожающе зашипел.
– Да чтоб вас всех! – выругалась та и продолжила свой путь, то и дело оглядываясь на соседку, провожавшую её насмешливым взглядом.
Как ни странно, магазин Эвелина нашла быстро, но радости это ей тоже не принесло, потому что, когда она попросила батон с семенами льна и чиа, полногрудая продавщица только округлила глаза:
– Чего-о-о? Какие ещё «чия»? Смеяться ты сюда пришла, что ли? Или повыделываться захотелось? Так тут тебе не цирк. А если реально хлеб нужен, бери вон тот, отрубной. Последние две булки остались.
– Не нужен мне ваш отрубной хлеб, – отмахнулась от неё Эвелина. – Давайте лучше мороженое на кокосовом масле и питьевой йогурт с цельными злаками и кусочками фруктов. Желательно персик.
– Вот как знала, – хлопнула продавщица ладонью об прилавок, – что какая-то паскуда сегодня обязательно испортит мне настроение. Недаром мне всю ночь крысы снились. Очнись, милая! Какое мороженое на кокосовом масле? Какой тебе йогурт со злаками? Вон, Снежок позавчера привезли, свежий ещё. Лучше всякого йогурта. Бери и пей на здоровье. Или, если хочешь, йогурт в стаканчиках могу дать. С персиками или клубникой. Дома ложкой съешь. А голову мне тут не морочь.
Чуть не зарычав от негодования, Эвелина раздраженно кивнула:
– Давайте ваш Снежок и четыре стаканчика, – она достала из сумочки карточку, но тут же взглянула на стоявшую за прилавком женщину: – или можно куар-кодом?
– А человеческих денег у вас нет? – усмехнулась продавщица. – А то мне вашу карточку прикладывать некуда. И куар-код тоже.
Трясущимися от злости пальцами Эвелина включила телефон и нажала кнопку вызова:
– Егор, если ты не будешь дома через пять минут, я просто взорвусь от бешенства! В вашем дурацком магазине не принимают оплату картой.
Егор сказал, что уже подъезжает, но всё же попросил продавщицу записать покупку на его счёт и Эвелина, гордо вскинув голову, вышла из магазина, проворчав что-то про забытую Богом деревню.
К счастью, соседские гуси уже ушли на пруд, и никто не помешал ей вернуться домой. Только пчёлы носились в воздухе наперегонки с другими насекомыми и жужжали как сумасшедшие, окружая какой-нибудь цветок.
Устроившись под липой во дворе Егора, Эвелина принялась завтракать йогуртом, размышляя о том, как ей убедить Климова уехать отсюда раз и навсегда. Жить здесь невозможно, тут даже думать нечего. А значит, надо найти какой-то выход, чтобы...
– А-а-а!!! – вдруг завопила Эвелина, что есть мочи, от резких, до ужаса болючих уколов, вонзившихся в её губы, которые моментом начали распухать от попавшего в них пчелиного яда. Потом принялась размахивать руками, отгоняя от себя насекомых.
А ещё через пять минут подъехавший Егор нашёл её во дворе, лежавшую без сознания...
***
– Скорее, пожалуйста! – Климов на руках вынес Эвелину из машины и в несколько шагов преодолел ступеньки приемного покоя городской больницы.
– Что с ней? – выбежала к нему навстречу одна медсестра, в то время как другая бросилась за дежурным врачом.
– Пчелиный укус, может даже не один, – торопливо пояснил вышедшему доктору Егор, укладывая Эвелину на каталку, с которой подоспела санитарка. – Она ела йогурт и, возможно, не заметила пчёл. Пожалуйста, помогите ей. Эвелина беременная.
– Какой срок?
– Не знаю, – честно признался Климов.
– Хорошо, разберёмся, а вы заполните пока все