Подлый поступок - 9 — Галя, ты куда пошла?

Подлый поступок - 9 — Галя, ты куда пошла? Вот ненормальная, опять куда-то намылилась, —недовольная санитарка последовала за невысокой хрупкой женщиной в стареньком сером халате и довольно грубо схватила её за руку, вынуждая повернуться. Проходивший мимо врач бросил быстрый взгляд на обеих:
—Что на этот раз?
—Хотела выйти во двор. Ей туда нельзя, директор запретил, — буркнула санитарка. Это была плотная женщина под шестьдесят, с грубыми чертами красноватого лица и неприятным выражением мутноватых серо-зелёных глаз. Короткая шея и мозолистые натруженные руки санитарки Таси были знакомы всем, кто попадал в дом-интернат для инвалидов.
Галя, о которой шла речь, поступила в отделение больше пятнадцати лет назад. Как сказали сопровождающие, после аварии она не помнила собственного имени, не имела документов и согласилась с тем, что её зовут Галина. Так её и назвали. Видимо, у женщины в памяти остался намёк на отдаленное, туманное воспоминание, и она почему-то стремилась выйти на улицу. Выбегала во двор и начинала что-то искать, беспокойно шаря растерянным взглядом по округе. Санитарки говорили, что от постоялицы интерната можно было услышать бессвязный шёпот:
—Где оно? Почему его здесь нет? Куда ты подевалось?
— Ты что ищешь, Галка? — подзуживали другие обитатели интерната, но Галя не обращала никакого внимания на их шутки. Она замолкала и уходила прочь, наглухо запахнувшись в халат. Иногда ее можно было видеть возле кладовой, где сестра-хозяйка распоряжалась в своём царстве. Галя тогда садилась на самый краешек стула и жадно смотрела на ткани и одежду, лежавшую на стеллажах. Однажды женщину застали за тем, как она осторожно разглаживала помятое старое платье руками и что-то напевала себе под нос.
— Ты что делаешь? — сестра-хозяйка вырвала из рук Гали тряпье и возмущенно замахала руками.
— Оно некрасивое, — неожиданно сказала женщина и виновато улыбнулась. — Я хотела, чтобы оно красиво смотрелось.
— И что? Стало красиво? — усмехнулась работница и фыркнула:
— Проваливай. Ещё испортишь мне чего-нибудь, расхлебывай потом за тобой. Чтобы я тебя больше здесь не видела.
Галя тихо кивнула и ушла. Она иногда появлялась возле кладовой, но при виде нахмуренного лица сестры-хозяйки уходила, стараясь двигаться быстрым шагом. На Галю смотрели и крутили пальцем у виска:
— Сразу видно, что крыша потекла. Совсем не соображает, что делает.
Чаще всего Галина помалкивала и сидела с отсутствующим выражением лица. Смотрела на то, что происходит за окном, и даже не пыталась вступать в общую беседу. Это давало повод всем остальным обитателям интерната смотреть на нее свысока, поскольку в таком месте в одиночку приходилось намного сложнее. Но Галя не искала ничьей компании или простого внимания.
Однажды к ней даже полез среди бела дня домогаться один из новых подопечных, который перенёс инсульт, но никак не мог угомониться. Галина пыталась вырваться, но безуспешно. Тогда женщина повернулась и изо всех сил укусила за руку своего обидчика. Тот с диким воплем вырвался и убежал, после чего заслужил кличку Герой-любовник.
Галина в слезах убежала в палату и закрылась там до позднего вечера, пропустив обед и ужин. Она боялась выйти, старалась не показываться в коридоре без особой нужды.
Потом выяснилось, что особую нелюбовь к ней питала санитарка Тася. За что – никто и не знал, Галина молчала, а сама санитарка облаивала всех, кто смел лезть к ней с вопросами. Отсюда сделали вывод, что между ними всё равно что-то было, но рассказывать ни одна не хочет. Хотя… Тася получила выговор из-за Гали в первый же день своего появления в интернате. Молчаливая Галина тогда отказалась уходить со двора, а настырная Тася принялась тащить ее в здание. Как назло, в момент, когда раздраженная санитарка посильнее потянула на себя Галю, та упала плашмя и поранила руки, пытаясь затормозить ими об каменный пол. Директор тогда сделал строгое замечание и Тася расстроилась.
Тася ходила тише воды ниже травы до тех пор, пока не сменилось руководство. Понаблюдав за реакцией нового начальств