04.07.2026 09:08
33 несчастья - 25 Лиза Баранова, корреспондент местных новостей, гнала свою видавшую виды малолитражку так, будто участвовала в ралли «Париж — Дакар»…
33 несчастья - 25 Лиза Баранова, корреспондент местных новостей, гнала свою видавшую виды малолитражку так, будто участвовала в ралли «Париж — Дакар». Во второй половине дня ей неожиданно поступил звонок. Голос в трубке выпалил:
— Срочно дуйте в деревню, где бабушка Агафья школу открыла! Тут такое творится, не дай бог... Приезжайте, пока не поздно!
Лиза первым делом кинулась звонить Косте, своему бессменному оператору и водителю. Но Костю, этого огромного детину, который, казалось, мог пережить суровую зиму, свалила банальная летняя простуда. Лежит пластом, температура под сорок. Ну куда с таким поедешь?
— Ладно, сама справлюсь! — рыкнула Лиза, хватая старенькую любительскую камеру и ключи от «малышки».
Она понимала: такие поездки не откладывают. Если «доброжелатели» звонят и просят огласки, значит, у бабушки Агафьи действительно запахло жареным.
***
А ведь день для Агафьи Львовны начинался как нельзя лучше. Вадим Викторович, её технический ангел-хранитель, проделал просто титаническую работу. Он обежал каждый дом в деревне, где имелись ученики. У кого был компьютер — настроил, почистил, запустил. У кого не было — не беда. Бывший информатик умудрился вывести «школу бабушки Агафьи» прямо на экраны смартфонов.
— Все вопросы решаемы, Львовна, не причитай! — басил он, когда старушка хваталась за голову, глядя на россыпь проводов. — Мы им такую цифровую революцию устроим, что Илон Маск перекрестится.
И ведь устроили! Уже несколько дней Агафья вполне успешно вела уроки «по-модному». Конечно, не без огрехов: то у Васьки интернет «отвалится», то у Маши микрофон шипит, как рассерженная гадюка, то кто-то вместо тетрадки в камеру кота своего облезлого показывает. Но все быстро учились.
У самой Агафьи проблем не возникло. Педагогическая закалка — вещь серьёзная. Вспомнила пару кнопок, поправила очки, выставила свет от лампы и — вперед, к знаниям! Родители, ещё вчера дрожавшие от угроз директрисы, теперь вздохнули с облегчением. В дом к Агафье никто не ходит, зато дети при деле. Чудеса, да и только!
Шёл очередной урок у третьеклассников. Агафья Львовна увлеченно объясняла правила правописания, когда в дверь настойчиво постучали. Да так громко, что задрожали стёкла.
— Кому я там нужна? — ворчала Агафья, забыв отключить микрофон. — Я же всем в чат расписание отправляла!
В «окошках» на мониторе замерла дюжина детских лиц. Тишина воцарилась в эфире.
— Так, ребята, перерыв пять минут! — скомандовала Агафья. — Можете сходить в туалет или яблоко съесть. Объявляю перемену!
Кто-то из детишек тут же исчез с экрана, а кто-то остался сидеть, с любопытством глядя в камеру — деревенские дети чуют приключения за версту.
Агафья Львовна, поправляя платок, пошла к выходу. Но какая-то интуиция, выработанная десятилетиями работы в школе, заставила её сначала прильнуть к окну. На крыльце стояли двое. Крупные, плечистые, в тёмной одежде. Лица каменные, глаза пустые.
В голове у Агафьи будто щелкнуло. Она видела этих парней раньше. В том самом доме престарелых, откуда с таким трудом сбежала. Они не были врачами или санитарами. Обитатели богадельни называли их коротко и страшно — «доставщики». Именно они привозили новых «постояльцев» и ловили тех, кто пытался уйти без спроса.
Сердце старушки забилось часто. Значит, выследили. Значит, приехали за ней, чтобы вернуть в ту серую клетку, где старики ждут конца, глядя в пустую тарелку.
— Приехали, — прошептала Агафья, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.
У Агафьи началась самая настоящая паника. Она заметалась по комнате, лихорадочно оглядываясь. Дверь в дом держалась на честном слове — хлипкий засов, который отлетит в сторону при малейшем усилии крепкого мужского плеча.
А «доставщики» тем временем стучались всё настойчивее. Каждый удар отдавался в голове Агафьи тяжелым звоном, будто били в набатный колокол.
— Уйти через окно? — прошептала она, глядя на подоконник.
Но тут же горько усмехнулась. Возраст уже был совсем не тот, чтобы устраивать каскадерские прыжки в крапиву. Суставы заныли, будто напоминая: «Сиди, мать
— Срочно дуйте в деревню, где бабушка Агафья школу открыла! Тут такое творится, не дай бог... Приезжайте, пока не поздно!
Лиза первым делом кинулась звонить Косте, своему бессменному оператору и водителю. Но Костю, этого огромного детину, который, казалось, мог пережить суровую зиму, свалила банальная летняя простуда. Лежит пластом, температура под сорок. Ну куда с таким поедешь?
— Ладно, сама справлюсь! — рыкнула Лиза, хватая старенькую любительскую камеру и ключи от «малышки».
Она понимала: такие поездки не откладывают. Если «доброжелатели» звонят и просят огласки, значит, у бабушки Агафьи действительно запахло жареным.
***
А ведь день для Агафьи Львовны начинался как нельзя лучше. Вадим Викторович, её технический ангел-хранитель, проделал просто титаническую работу. Он обежал каждый дом в деревне, где имелись ученики. У кого был компьютер — настроил, почистил, запустил. У кого не было — не беда. Бывший информатик умудрился вывести «школу бабушки Агафьи» прямо на экраны смартфонов.
— Все вопросы решаемы, Львовна, не причитай! — басил он, когда старушка хваталась за голову, глядя на россыпь проводов. — Мы им такую цифровую революцию устроим, что Илон Маск перекрестится.
И ведь устроили! Уже несколько дней Агафья вполне успешно вела уроки «по-модному». Конечно, не без огрехов: то у Васьки интернет «отвалится», то у Маши микрофон шипит, как рассерженная гадюка, то кто-то вместо тетрадки в камеру кота своего облезлого показывает. Но все быстро учились.
У самой Агафьи проблем не возникло. Педагогическая закалка — вещь серьёзная. Вспомнила пару кнопок, поправила очки, выставила свет от лампы и — вперед, к знаниям! Родители, ещё вчера дрожавшие от угроз директрисы, теперь вздохнули с облегчением. В дом к Агафье никто не ходит, зато дети при деле. Чудеса, да и только!
Шёл очередной урок у третьеклассников. Агафья Львовна увлеченно объясняла правила правописания, когда в дверь настойчиво постучали. Да так громко, что задрожали стёкла.
— Кому я там нужна? — ворчала Агафья, забыв отключить микрофон. — Я же всем в чат расписание отправляла!
В «окошках» на мониторе замерла дюжина детских лиц. Тишина воцарилась в эфире.
— Так, ребята, перерыв пять минут! — скомандовала Агафья. — Можете сходить в туалет или яблоко съесть. Объявляю перемену!
Кто-то из детишек тут же исчез с экрана, а кто-то остался сидеть, с любопытством глядя в камеру — деревенские дети чуют приключения за версту.
Агафья Львовна, поправляя платок, пошла к выходу. Но какая-то интуиция, выработанная десятилетиями работы в школе, заставила её сначала прильнуть к окну. На крыльце стояли двое. Крупные, плечистые, в тёмной одежде. Лица каменные, глаза пустые.
В голове у Агафьи будто щелкнуло. Она видела этих парней раньше. В том самом доме престарелых, откуда с таким трудом сбежала. Они не были врачами или санитарами. Обитатели богадельни называли их коротко и страшно — «доставщики». Именно они привозили новых «постояльцев» и ловили тех, кто пытался уйти без спроса.
Сердце старушки забилось часто. Значит, выследили. Значит, приехали за ней, чтобы вернуть в ту серую клетку, где старики ждут конца, глядя в пустую тарелку.
— Приехали, — прошептала Агафья, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.
У Агафьи началась самая настоящая паника. Она заметалась по комнате, лихорадочно оглядываясь. Дверь в дом держалась на честном слове — хлипкий засов, который отлетит в сторону при малейшем усилии крепкого мужского плеча.
А «доставщики» тем временем стучались всё настойчивее. Каждый удар отдавался в голове Агафьи тяжелым звоном, будто били в набатный колокол.
— Уйти через окно? — прошептала она, глядя на подоконник.
Но тут же горько усмехнулась. Возраст уже был совсем не тот, чтобы устраивать каскадерские прыжки в крапиву. Суставы заныли, будто напоминая: «Сиди, мать