о мне хорошо относился в школе, всегда портфель помочь донести предлагал, или книжки из библиотеки.

о мне хорошо относился в школе, всегда портфель помочь донести предлагал, или книжки из библиотеки. А он вдруг признался, что нравилась я ему всегда, но он тогда робким был, стеснительным. Сказать боялся. А потом его Лилька окрутила — шустрая девка из младшего класса, языкастая, смелая. Вот он на ней и женился. А я Серёжу своего встретила, и закрутилось.
— Так, может, это судьба, — прошептал вдруг Володя, неожиданно взяв меня за руку, — что ты меня сегодня к себе позвала, Анька?
Он поглаживал мою руку, а мне так приятно было, что по телу пробежала волна тепла. Давно в моей жизни этой самой ласки мужской не было. Забыла уже, каково это, когда тебя мужчина касается, нежно, не по-дружески. Так и очутились в спальне, а там, сами понимаете, что произошло.
После этого я порхала как бабочка, чуть ли не до потолка. Давно себя так не чувствовала — лёгкой, счастливой, окрылённой. В голове сразу стали складываться планы: как жить вместе будем, как сынишку обрадую, что у него, наконец, папка появится.
Я же тогда уверена была, что Лилька за своим мужиком не заявится. У неё же там такая история закрутилась, что все бабы шушукались по углам. Сплетни-то в нашей деревне никто не отменял.
Короче, узнала я недавно, ещё до того, как Володя у меня приютился, что гуляла она от мужа своего. И не с кем попало, а с самим Петром Ивановичем, нашим фермером. Мужик хоть и в годах, но крепкий, да и при деньгах, а это для Лильки нашей важнее всего.
Тот её, когда в койку тянул, золотые горы обещал. Мол, жену свою, Варвару Васильевну, старую клюшку, бросит ради Лильки. А Лилька — она же баба видная, что ни говори. Фигура что надо, глаза стреляют, смех заливистый. Любого мужика уведёт, если глазки построит да бедрышком качнёт. Но ей любой не нужен. Она на фермера глаз положила. Хотела, видать, вместо жены его постаревшей на моря летать. А тут — такой шанс! Разве ж она его упустит?
Но увы, всё сложилось не так, как она хотела. Жена фермера, Варвара Васильевна, женщина хоть и старенькая, но хватка у неё будь здоров! Как узнала, что муж к молодой похаживает, как дала тому нагоняй, что стены в фермерском доме дрожали. Уж что она ему там говорила, никто точно не знает, но после того скандала Пётр Иванович про Лильку и думать забыл. Глаза у него стали как у побитой собаки, и он начал за версту её избу обходить, как чумной. Боялся, видать, не Варвары, а лишиться всего, что нажил непосильным трудом.
А Лилька теперь злая как чёрт. Ходит по деревне, того и гляди, кого-нибудь взглядом испепелит. И своего мужика, получается, не уберегла, выставила за дверь, а теперь и с новым, богатым, как-то не срослось. Вроде и синица из рук улетела, и журавль в небе мимо пролетел. Вот что ей теперь делать? Куда податься?
Но Лилька не из тех, что теряются. Она как та кошка, что всегда на четыре лапы падает.
Не прошло и недели, как мы с Володей жить вместе стали.
Прихожу я как-то домой после работы (а по дороге зашла в магазин, взяла свеженькой муки — собралась блины мужчине своему новому напечь, чтобы с пылу с жару, да со сметанкой). Хотела его порадовать.
Захожу, значит, в избу, а внутри — она. Лилька! Стоит посреди моей кухоньки, руки в боки, и мужика своего собирает. Рядом с табуреткой, где Вовка сидит, стоит сумка с его вещами. А сам Вовка сидит на табуретке, как пёс побитый, покорно ждёт, когда баба его бывшая вещи соберёт. Глаза в пол, ёрзает, но молчит.
У меня дар речи отнялся. Я стою с пакетом, рот приоткрыт, смотрю на эту картину и не понимаю, сон это или явь. Первой очнулась Лилька.
— Ну всё, Анька, спасибо тебе огромное, что мужа моего приютила! — говорит она, как меня увидела. — Всё, забираю я его обратно.
— Слушай, Лиль, я не поняла! — я молчать не стала. — Для тебя мужик что, приблуда какая-то? Дала попользоваться, теперь обратно забираешь? Да и с чего ты взяла, что он с тобой пойдёт?
Я посмотрела на Володю. Ждала, что у него сейчас гордость проснется, что он встанет, стукнет кулаком по столу и скажет этой фурии, чтобы убиралась подобру-поздорову! Ждала, что он со мной ост