В сентябре 1992 года сидел я в моей алма-атинской квартире с соседом Серегой и начальником местного ЖЭУ Азаматом.
Я накрыл для него стол (точнее – пол). Мы втроем сидели в пустой квартире, выпивали. На следующий день я уезжал. Это был мой последний день в Казахстане. Меня ждал Новосибирск и полная неизвестность. Великой страны больше не было. Под вечер уже хорошо набрались. Обычно это основная причина перехода к темам независимости и самоидентичности.
- Вот сейчас уедете, и все переименуют, - без энтузиазма заметил Азамат.
- В смысле? – отозвался сосед.
- Ну, улицы, учреждения. На родной, на казахский.
- Ну-ка, переименуй на казахский: Алма-Атинский индустриальный институт, - предлагаю.
- Алматы индустриалды институты…
- Видишь, как немного нужно для переименования, - говорит Серега. - Полкило водки…
Посидели еще. Потом мы с Серегой провожали Азамата до дома. Когда дошли, забыли, зачем шли. Уже около его подъезда интуитивно оценили происходящее. После чего Азамат поднялся, вынес бутылку водки, и мы вернулись ко мне. А утром они поехали провожать меня в аэропорт.