29.04.2026 17:31
а.
а. — Он потерял много крови, может не справиться… Вторая отрицательная, только где её взять? Пока до станции переливания крови доберутся, пока сделают анализы, за это время и Димку успеют потерять, как быть?
Галина неожиданно замерла, перед глазами вспыхнула картина: смеющийся сероглазый мужчина, который почему-то оказался в той больнице. Он посмотрел на неё холодным отсутствующим взглядом и отвернулся. Галя часто-часто заморгала, чтобы сбросить с себя видение, а потом взяла руку Глаши в свои руки и прошептала:
— У меня вторая отрицательная. Пусть я вам всем чужая, но я должна вам за приют и доброту.
Глаша молча обняла её, прижала к себе. Плечи Глаши затряслись, и Галина поняла: она плачет, тихо, беззвучно…
***
Под утро всё закончилось. Усталая бригада вышла из операционной, врач подозвал к себе Глашу:
— Мамаша, вы только не волнуйтесь. Мальчик жив и здоров, всё прошло как надо. Теперь ему нужно отдыхать и восстанавливаться после операции. Можете зайти буквально на пару минут, не больше.
Глаша стрелой метнулась в палату. Дима ещё не пришёл в себя, и Глаша сморгнула непрошеные слёзы. Рядом стояла Галина, которая, судя по её напряженному взгляду, с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться.
— Он выживет? — тихо спросила женщина у дежурного врача. Тот кивнул в ответ:
— С ним всё будет хорошо, не переживайте.
Женщины постояли немного и вышли в коридор. Они не собирались уезжать, нужно было дождаться, когда парень придёт в себя. Дима порядком удивился, когда очнулся и увидел рядом с собой Глашу. Измотанная, с припухшими глазами, она сидела на стуле и смотрела в одну точку.
— Мама…
— Я не твоя мама, сынок, — прошептала женщина, и по её щеке заблестела прозрачная, соленая струйка.
Галина неожиданно замерла, перед глазами вспыхнула картина: смеющийся сероглазый мужчина, который почему-то оказался в той больнице. Он посмотрел на неё холодным отсутствующим взглядом и отвернулся. Галя часто-часто заморгала, чтобы сбросить с себя видение, а потом взяла руку Глаши в свои руки и прошептала:
— У меня вторая отрицательная. Пусть я вам всем чужая, но я должна вам за приют и доброту.
Глаша молча обняла её, прижала к себе. Плечи Глаши затряслись, и Галина поняла: она плачет, тихо, беззвучно…
***
Под утро всё закончилось. Усталая бригада вышла из операционной, врач подозвал к себе Глашу:
— Мамаша, вы только не волнуйтесь. Мальчик жив и здоров, всё прошло как надо. Теперь ему нужно отдыхать и восстанавливаться после операции. Можете зайти буквально на пару минут, не больше.
Глаша стрелой метнулась в палату. Дима ещё не пришёл в себя, и Глаша сморгнула непрошеные слёзы. Рядом стояла Галина, которая, судя по её напряженному взгляду, с трудом сдерживалась, чтобы не расплакаться.
— Он выживет? — тихо спросила женщина у дежурного врача. Тот кивнул в ответ:
— С ним всё будет хорошо, не переживайте.
Женщины постояли немного и вышли в коридор. Они не собирались уезжать, нужно было дождаться, когда парень придёт в себя. Дима порядком удивился, когда очнулся и увидел рядом с собой Глашу. Измотанная, с припухшими глазами, она сидела на стуле и смотрела в одну точку.
— Мама…
— Я не твоя мама, сынок, — прошептала женщина, и по её щеке заблестела прозрачная, соленая струйка.