25.06.2026 09:28
Пост канала «Телекоммуналка» от 25.06.2026
Как создавали свой телефон в девяностых.
У нас была спецсерия постов о том, как США следили за развитием микроэлектроники в России и большого отрыва не наблюдалось. Отечественная промышленность производила большинство комплектующих, необходимых стране. Развал СССР разорвал множество логистических цепочек, а многие КБ, или как бы сейчас сказали дизайн-центры, оказались за границей и в тяжелом состоянии. Но, были люди, которые продолжали создавать отечественную продукцию.
У коллег из ComNews вышло хорошее интервью с Геннадием Растопшиным, соучредителем «НПО систем информатики и коммуникаций», который в начале девяностых с коллегами создал телефон «Синком» - первый российский кнопочный телефонный аппарат. Интересный факт: господин Растопшин – отец нынешнего гендиректора «Ультиматек» Павла Растопшина. Но речь не про нынешнее импортозамещение, а про конкурентную борьбу три десятка лет назад, когда казалось, что ничего не осталось.
Полное интервью можно прочитать по ссылке у коллег, мы же подсветим основные тезисы.
Однажды в руки Растопшина и коллег попал аппарат Panasonic KX-TS2365. Разобрав японский аппарат, он с партнером увидели: одна плата, ЖК-индикатор, громкая связь от батареек. Никакого АОН, никакого автодозвона. «Ничего сложного», – решили они и потратили на реализацию этой идеи пять лет и десятки тысяч долларов кредитов.
Схему собрали на отечественной базе через зеленоградских разработчиков. Несмотря на «открытые границы», служба и прошлый опыт говорили, что США долгое время числились «наиболее вероятным противником», значит, импортные поставки могут прекратиться в одночасье, и рассчитывать нужно только на себя.
Когда плата не уместилась в корпус, нашли на выставке «Связь» представителей Philips с полузаказной микросхемой: часть функций вшита, остальное прошивается в ПЗУ под задачу. Разъемы разработали в Молдавии. Там обнаружилась незавершенная советская разработка, брошенная из-за недофинансирования. Молдаване приехали сами: деньги нужны были всем, «свои» советские специалисты быстро нашли общий язык. Работа оказалась неожиданно сложной: проблемы и с пластмассой, и с контактными ламельками, но довели до ума. ЖК-индикатор изготовили на «Платане» во Фрязино, клавиши методом двойного литья делал Калужский завод телеграфной аппаратуры, а кнопки – предприятие из авиапрома. Корпус отливали на заводе «Искра» во Владимирской области.
Серийное производство под брендом СИНКОМ запустили в 1996 на площадях Московского завода измерительной аппаратуры – 10 тыс. аппаратов в месяц, автоматический поверхностный монтаж, пайка волной.
И здесь история делает горький поворот. Таможенная пошлина на импортные комплектующие – 60%. На готовый Panasonic – 5%. Ельцин переадресовал письмо в ФАПСИ, Черномырдин – в общий отдел, где чиновник заявил: «Такая гора предприятий родила мышь», – и выбрал японский телефон.
Часть телефонов ушла в Минобороны, партию отправили в МВД, партию – в ФСБ. В общей сложности это было около трех тысяч аппаратов, но этого сильно не хватало для закрытия кредитов и развития бизнеса. К 2000 у москвичей уже были мобильники. К сожалению, время было упущено.
«Сейчас я понимаю, что нужно браться за создание того, что будет не завтра, а послезавтра. Тем не менее, мы показали пример выстраивания промышленного бизнеса, а не переклеивания китайских бирок на российские», – завершил свою историю Геннадий Растопшин.
У этой истории нет хэппи-энда в виде массовых продаж. Но есть другой, более важный итог: опыт. Опыт людей, которые не побоялись влезть в кредиты, объехать полстраны в поисках специалистов и бросить вызов мировым гигантам. Сегодня, когда импорт снова под вопросом, этот опыт – бесценный капитал. Телефон «Синком» не стал хитом, но его создатели показали главное: российская инженерная мысль жива. И теперь у нее есть все шансы догнать то самое «послезавтра».
Подписывайтесь на Телекоммуналку
У нас была спецсерия постов о том, как США следили за развитием микроэлектроники в России и большого отрыва не наблюдалось. Отечественная промышленность производила большинство комплектующих, необходимых стране. Развал СССР разорвал множество логистических цепочек, а многие КБ, или как бы сейчас сказали дизайн-центры, оказались за границей и в тяжелом состоянии. Но, были люди, которые продолжали создавать отечественную продукцию.
У коллег из ComNews вышло хорошее интервью с Геннадием Растопшиным, соучредителем «НПО систем информатики и коммуникаций», который в начале девяностых с коллегами создал телефон «Синком» - первый российский кнопочный телефонный аппарат. Интересный факт: господин Растопшин – отец нынешнего гендиректора «Ультиматек» Павла Растопшина. Но речь не про нынешнее импортозамещение, а про конкурентную борьбу три десятка лет назад, когда казалось, что ничего не осталось.
Полное интервью можно прочитать по ссылке у коллег, мы же подсветим основные тезисы.
Однажды в руки Растопшина и коллег попал аппарат Panasonic KX-TS2365. Разобрав японский аппарат, он с партнером увидели: одна плата, ЖК-индикатор, громкая связь от батареек. Никакого АОН, никакого автодозвона. «Ничего сложного», – решили они и потратили на реализацию этой идеи пять лет и десятки тысяч долларов кредитов.
Схему собрали на отечественной базе через зеленоградских разработчиков. Несмотря на «открытые границы», служба и прошлый опыт говорили, что США долгое время числились «наиболее вероятным противником», значит, импортные поставки могут прекратиться в одночасье, и рассчитывать нужно только на себя.
Когда плата не уместилась в корпус, нашли на выставке «Связь» представителей Philips с полузаказной микросхемой: часть функций вшита, остальное прошивается в ПЗУ под задачу. Разъемы разработали в Молдавии. Там обнаружилась незавершенная советская разработка, брошенная из-за недофинансирования. Молдаване приехали сами: деньги нужны были всем, «свои» советские специалисты быстро нашли общий язык. Работа оказалась неожиданно сложной: проблемы и с пластмассой, и с контактными ламельками, но довели до ума. ЖК-индикатор изготовили на «Платане» во Фрязино, клавиши методом двойного литья делал Калужский завод телеграфной аппаратуры, а кнопки – предприятие из авиапрома. Корпус отливали на заводе «Искра» во Владимирской области.
Серийное производство под брендом СИНКОМ запустили в 1996 на площадях Московского завода измерительной аппаратуры – 10 тыс. аппаратов в месяц, автоматический поверхностный монтаж, пайка волной.
И здесь история делает горький поворот. Таможенная пошлина на импортные комплектующие – 60%. На готовый Panasonic – 5%. Ельцин переадресовал письмо в ФАПСИ, Черномырдин – в общий отдел, где чиновник заявил: «Такая гора предприятий родила мышь», – и выбрал японский телефон.
Часть телефонов ушла в Минобороны, партию отправили в МВД, партию – в ФСБ. В общей сложности это было около трех тысяч аппаратов, но этого сильно не хватало для закрытия кредитов и развития бизнеса. К 2000 у москвичей уже были мобильники. К сожалению, время было упущено.
«Сейчас я понимаю, что нужно браться за создание того, что будет не завтра, а послезавтра. Тем не менее, мы показали пример выстраивания промышленного бизнеса, а не переклеивания китайских бирок на российские», – завершил свою историю Геннадий Растопшин.
У этой истории нет хэппи-энда в виде массовых продаж. Но есть другой, более важный итог: опыт. Опыт людей, которые не побоялись влезть в кредиты, объехать полстраны в поисках специалистов и бросить вызов мировым гигантам. Сегодня, когда импорт снова под вопросом, этот опыт – бесценный капитал. Телефон «Синком» не стал хитом, но его создатели показали главное: российская инженерная мысль жива. И теперь у нее есть все шансы догнать то самое «послезавтра».
Подписывайтесь на Телекоммуналку