22.06.2026 16:53
⛽️ Возникший в ряде регионов дефицит топлива — не подарок всей нефтянке.
⛽️ Возникший в ряде регионов дефицит топлива — не подарок всей нефтянке. Но в относительно неплохом положении на фоне других оказываются те, у кого есть собственный НПЗ, стабильная загрузка и возможность удерживать маржу.
Для «ЛУКОЙЛа» и частично «Роснефти» ситуация на бумаге скорее положительная: дорогой опт, собственная переработка, крупная розница. Но сверхприбыль здесь легко съедает приостановка работы НПЗ. Точная ситуация с производством топлива на предприятиях после недавних атак БПЛА неизвестна. Если завод работает, дефицит даже помогает. Если мощности стоят, высокая цена уже не спасает.
Поэтому у «Газпром нефти» и особенно «Татнефти» картина сложнее. Любые ограничения на Московском НПЗ или ТАНЕКО означают потерю самых маржинальных объёмов. Можно поднять цену на АЗС, но нельзя продать топливо, которого физически нет. Приходится либо сокращать продажи, либо покупать продукт у других по уже разогнанной бирже.
Отдельный случай — «Евротранс». У него нет своей крупной переработки, зато есть сеть АЗС, опт и высокая потребность в оборотном капитале. На старых запасах компания ещё может временно заработать: если успела закупить дешевле, то продаст дороже. Но после их исчерпания начинается обратный эффект. Новые партии стоят больше, розничные цены поднимать бесконечно нельзя, маржа с литра сжимается, а денег для поддержания тех же объёмов требуется всё больше.
В отчётности это может выглядеть парадоксально: выручка растёт, а денежный поток ухудшается. Поэтому главный бенефициар текущей ситуации — работающий НПЗ. Главная жертва — независимая сеть, которая вынуждена покупать дорого и продавать под чутким надзором ФАС.
Портфель Двинского – авторский взгляд на фондовый рынок
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией
Для «ЛУКОЙЛа» и частично «Роснефти» ситуация на бумаге скорее положительная: дорогой опт, собственная переработка, крупная розница. Но сверхприбыль здесь легко съедает приостановка работы НПЗ. Точная ситуация с производством топлива на предприятиях после недавних атак БПЛА неизвестна. Если завод работает, дефицит даже помогает. Если мощности стоят, высокая цена уже не спасает.
Поэтому у «Газпром нефти» и особенно «Татнефти» картина сложнее. Любые ограничения на Московском НПЗ или ТАНЕКО означают потерю самых маржинальных объёмов. Можно поднять цену на АЗС, но нельзя продать топливо, которого физически нет. Приходится либо сокращать продажи, либо покупать продукт у других по уже разогнанной бирже.
Отдельный случай — «Евротранс». У него нет своей крупной переработки, зато есть сеть АЗС, опт и высокая потребность в оборотном капитале. На старых запасах компания ещё может временно заработать: если успела закупить дешевле, то продаст дороже. Но после их исчерпания начинается обратный эффект. Новые партии стоят больше, розничные цены поднимать бесконечно нельзя, маржа с литра сжимается, а денег для поддержания тех же объёмов требуется всё больше.
В отчётности это может выглядеть парадоксально: выручка растёт, а денежный поток ухудшается. Поэтому главный бенефициар текущей ситуации — работающий НПЗ. Главная жертва — независимая сеть, которая вынуждена покупать дорого и продавать под чутким надзором ФАС.
Портфель Двинского – авторский взгляд на фондовый рынок
Не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией