08.10.2025 13:41
__________________ А вот и другую зимовку вспомнил. На Гаревке-реке, избушка стояла на косогоре, вся в сугробах по самую
__________________
А вот и другую зимовку вспомнил. На Гаревке-реке, избушка стояла на косогоре, вся в сугробах по самую трубу. Жил там с псом Полканом, вернее, он со мной жил. Умнее собаки не встречал. Бывало, только ружье со стены снимешь, он уж у двери дрожит, весь от нетерпения. Выходишь на промысел — тишина такая, что в ушах звенит. Только под полозьями снег скрипит да где-то дятел стучит. Вечерами, бывало, сидишь, насторожив ухо. Не каждый шорох — ветер. Точно, чуешь — рыщет кто-то. Берешь фонарь, выходишь на крыльцо, а в темноте две зеленые звездочки горят — рысь это на дерево залезла, с любопытством смотрит. Не враг, а так, соседка. Самое тяжелое — весной, во время распутицы. Сидишь как в ловушке, кругом вода, с ног сбивает. Продукты на исходе, вот тогда и считаешь каждую крупинку соли. А потом прилетают первые гуси, и знаешь — выжил. Сейчас Полкана уж двадцать лет как нет, а будто все слышу, как он во сне лапами перебирает, снятся ему, видно, те наши угодья. Эх, время-то как вода... Утекает.
А вот и другую зимовку вспомнил. На Гаревке-реке, избушка стояла на косогоре, вся в сугробах по самую трубу. Жил там с псом Полканом, вернее, он со мной жил. Умнее собаки не встречал. Бывало, только ружье со стены снимешь, он уж у двери дрожит, весь от нетерпения. Выходишь на промысел — тишина такая, что в ушах звенит. Только под полозьями снег скрипит да где-то дятел стучит. Вечерами, бывало, сидишь, насторожив ухо. Не каждый шорох — ветер. Точно, чуешь — рыщет кто-то. Берешь фонарь, выходишь на крыльцо, а в темноте две зеленые звездочки горят — рысь это на дерево залезла, с любопытством смотрит. Не враг, а так, соседка. Самое тяжелое — весной, во время распутицы. Сидишь как в ловушке, кругом вода, с ног сбивает. Продукты на исходе, вот тогда и считаешь каждую крупинку соли. А потом прилетают первые гуси, и знаешь — выжил. Сейчас Полкана уж двадцать лет как нет, а будто все слышу, как он во сне лапами перебирает, снятся ему, видно, те наши угодья. Эх, время-то как вода... Утекает.