1) Инноваторы и функционеры.

(ч.1) Инноваторы и функционеры. Я довольно часто сталкиваюсь с пренебрежением по отношению к тем, кого называют «функционерами», т.е. к каким-то не обязательно даже чиновникам, но управленцам, выполняющим некую предопределённую не ими функцию, менять которую они не должны, по крайней мере, от них этого не ожидается. И, наоборот, на щит поднимается концепция «инновации» – мол, надо не залипать в своих функциях, а инновации внедрять. Во-первых, я бы не путал инновацию и автоматизацию, т.к. это суть разные вещи, во-вторых, я бы не мешал мух с котлетами в части того, чего можно ждать от тех или иных людей.

Так ли плохи функционеры, эти неизобретательные тягловые лошадки, стоящие в узлах любой организационной системы с отстроенными процессами? Понимаете, наши личные качества и богатый внутренний мир в чистом виде никогда и не видны окружающим. Окружающие судят о нас только через функцию, которой мы для них являемся – можно сказать, что мы обеспечиваем окружающим некий интерфейс, с помощью которого они могут к нам обратиться, чтобы получить ответную реакцию. И по этой реакции они о нас уже могут судить.

Эта функция, которую мы обеспечиваем, всегда формируется совокупностью внутренне присущих нам качеств и тех возможностей, которые мы имеем в каждый конкретный момент времени. Внутренне присущие человеку качества изменяются медленно и, обычно, сохраняются нами независимо от изменения, например, места нашей работы, а возможности могут меняться очень быстро и кардинально. При этом для того, чтобы функция, которую обеспечивает человек, была максимально эффективной для общества в целом и конкретно для вас в частности, не всегда его имманентные качества должны быть какими-то «выдающимися» в традиционном смысле этого слова. Зачастую, наоборот, излишне пассионарный талант может испортить работу функции, т.к. далеко не все функции способны выиграть что-то осязаемое от оптимизации, и далеко не все функции толерантны даже к малейшим рискам некорректного завершения, неизбежным при попытках чего-то изменить в стабильной версии.

Поэтому бессмысленно рассуждать о том, что какому-то тупню повезло, и он получил тёплое место, а сам он идиот и потому уважать его не за что. Уважайте его функцию, а не его самого, т.к. с ним самим вы и не сталкиваетесь, сам он – кантианская «Вещь в себе», а вы сталкиваетесь только со значениями, возвращаемыми его функцией.

Но, при этом, уважение к функционеру не должно перерастать в подмену понятий. Функция должна надёжно исполняться, но, в общем случае, не стоит ждать от того, кто надежно исполняет функцию, способности как-то её эффективно оптимизировать. А автоматизация процессов, которую постоянно путают с инновационной деятельностью (о ней чуть ниже), это и есть функциональная оптимизация. Не стоит думать, что человек, всю жизнь проработавший начальником склада, сможет выполнить задачу по описанию целевого функционала WMS (автоматизированной системы управления складом). У этого человека уже сформирован совершенно другой склад ума. Даже если он был очень хорошим кладовщиком, он всегда исходил из того, что инструменты, которыми он пользуется в своей работе, это некая константа, нечто, никак от него не зависящее, что-то, к чему он должен приспособиться, а не что-то, над функционалом чего можно и нужно думать, понимаете? Люди, способные думать над функционалом – это, в общем случае, херовые, ненадёжные, функционеры. Мы же постоянно пытаемся заставить функционера подумать над тем, как оптимизировать функционал – не надо этого делать. Функционер – это полезный, уважаемый парень, но он не про то.