20.01.2026 23:48
Пост канала «Полдень» от 20.01.2026
(ч.2) И после Второй мировой войны звёзды для США сошлись таким образом, что они могли гарантировать этот самый неравновесный обмен по всем фронтам: а) введение золото-долларового стандарта (когда Бреттон-Вудским соглашением доллар, фактически, был приравнен к золоту) обеспечило контроль мировых финансов; б) создание НАТО позволило США поставить многие развитые страны в военную зависимость; в) то, что после войны ВВП США составлял половину от мирового ВВП, обеспечивало экономическую доминацию. Сама Вселенная велела США сосредоточиться не на внутреннем производстве, а на организации обмена с другими странами мира, в т.ч. в качестве финансового посредника. Мало кто в США тогда боялся подставы даже со стороны заокеанских контрагентов.
Прошло 80 лет и ожидания кардинально поменялись. Выяснилось, что в Евразии так много ресурсов (где-то трудовых, а где-то природных), что она может очень долго развиваться даже экстенсивно и, даже участвуя в неравновесном обмене, со временем столь сильно нарастить объём своей экономики, что контроль за счёт военного и экономического давления станет недостаточно эффективным. Остаётся финансовое давление – давление долларом.
Мне сложно представить себе, что кто-то верил в возможность давить долларом бесконечно, но сегодня, по моему, уже многим становится очевидно, что существующая мировая финансовая система себя изрядно дискредитировала. И с точки зрения гарантированности доступа к универсальной ликвидности (к расчётам в долларах), и с точки зрения института международных резервов, и даже с точки зрения оценочно-спекулятивного характера определения стоимости продуктов и ресурсов. Всем этим говном становится попросту неудобно и небезопасно пользоваться, особенно в условиях постепенного смещения центра тяжести мировой экономики в Азию.
Одним словом – грядёт экономическая регионализация. А это значит, что, скорее всего, всем странам, претендующим хоть на какой-то экономический вес в мире, придётся задуматься о снижении доступности международной торговли, которая уже сегодня подвергается заметной сегментации, что повлечёт за собой необходимость рассчитывать больше не на неравновесный обмен с другими странами, а на повышение возможностей внутреннего производства. Этакий откат в индустриальную экономику начала прошлого века, но в условиях куда большей автоматизации.
С этой точки зрения эффективной будет та экономика, которая сможет обеспечить бОльшую мобилизацию внутренних ресурсов, в т.ч. и человеческих – да, расслабленных людей надо будет или оптимизировать, или как-то заставлять работать. И долю инвестиционных продуктов в экономике тоже придётся наращивать, что повлечёт за собой снижение, о ужас, потребления. Представляете – больше работать и меньше потреблять.
Прошло 80 лет и ожидания кардинально поменялись. Выяснилось, что в Евразии так много ресурсов (где-то трудовых, а где-то природных), что она может очень долго развиваться даже экстенсивно и, даже участвуя в неравновесном обмене, со временем столь сильно нарастить объём своей экономики, что контроль за счёт военного и экономического давления станет недостаточно эффективным. Остаётся финансовое давление – давление долларом.
Мне сложно представить себе, что кто-то верил в возможность давить долларом бесконечно, но сегодня, по моему, уже многим становится очевидно, что существующая мировая финансовая система себя изрядно дискредитировала. И с точки зрения гарантированности доступа к универсальной ликвидности (к расчётам в долларах), и с точки зрения института международных резервов, и даже с точки зрения оценочно-спекулятивного характера определения стоимости продуктов и ресурсов. Всем этим говном становится попросту неудобно и небезопасно пользоваться, особенно в условиях постепенного смещения центра тяжести мировой экономики в Азию.
Одним словом – грядёт экономическая регионализация. А это значит, что, скорее всего, всем странам, претендующим хоть на какой-то экономический вес в мире, придётся задуматься о снижении доступности международной торговли, которая уже сегодня подвергается заметной сегментации, что повлечёт за собой необходимость рассчитывать больше не на неравновесный обмен с другими странами, а на повышение возможностей внутреннего производства. Этакий откат в индустриальную экономику начала прошлого века, но в условиях куда большей автоматизации.
С этой точки зрения эффективной будет та экономика, которая сможет обеспечить бОльшую мобилизацию внутренних ресурсов, в т.ч. и человеческих – да, расслабленных людей надо будет или оптимизировать, или как-то заставлять работать. И долю инвестиционных продуктов в экономике тоже придётся наращивать, что повлечёт за собой снижение, о ужас, потребления. Представляете – больше работать и меньше потреблять.