(ч.

(ч.1) Моральные камертоны. Вдогонку к комплименту современному искусству стоит высказаться и о людях искусства. Я могу не только аналитически сформировать некое мнение, но и опереться на личный опыт общения, т.к. пока мне не остопиздели люди, я общался иногда и с ними. Понятно, что все люди разные, да и какого-то детального разбора я делать не собираюсь, но пройдусь по самой любопытной их черте, широко распространённой в популяции творцов.

Вы, наверное, заметили, что людей искусства отличает одно свойство, которое, казалось бы, не должно индуцироваться спецификой профессии. Они крайне высокоморальны и нетерпимы к любому злу и несправедливости. Ну, или, по крайней мере, они эмоционально инвестированы в веру в подобное своё качество. Кто-то может сказать, что это всё позёрство, однако я могу вас уверить, что, зачастую, действительно заметна эмоциональная искренность человека искусства, озвучивающего очередную высокоморальную и справедливо-ориентированную позицию. Он сам себе искренне верит, переживает и негодует.

С какой стати подобная черта должна быть характерна для тех, кто посвятил жизнь искусству? Вроде, наоборот, насквозь субъективный мир творческой конкуренции и, иногда, лицедейства, должен прививать своим обитателям почти Макиавеллевский цинизм, эгоцентризм, аморальность и оппортунизм. Да – и прививает в той или иной мере. Что, кстати, парадоксальным образом является одной из причин возникновения комплекса морального камертона. Одной из, но не единственной.

Что ещё для характерно для творческих людей? Нечто, органично дополняющее упомянутую моральность – неспособность адекватно оценивать всю ту действительность, что лежит вне окрестности их непосредственной области деятельности. Почти подростково-наивные суждения о мироздании, часто произносимые очень хорошим русским языком, демонстрирующим выдающийся словарный запас и отличную эрудированность. Видно, что люди много читают (уж те, с кем я общался, так точно), что у них есть приемлемо-живой ум, но почему-то почти полностью отсутствует навык формирования адекватного реальности мировоззрения. Как же так? Ведь начитанные люди, и говорят так складно.

Итогом подобной комбинации из нарочитой высокоморальности и заботы о справедливости, а также откровенного инфантилизма суждений стали всем нам известные «ой, всё», массово озвученные людьми искусства после начала СВО в 2022 году. Охуели от начала войны тогда многие, но столь бурной реакции не продемонстрировала ни одна другая группа населения.

В чём причина? Начнем с синдрома морального камертона. Ну, во-первых, в профильных заведениях творческих людей учат, что они должны быть именно моральными камертонами, донося до публики доброе и вечное – фактор не самый значимый, но всё, что было в юности, запоминается, а в такое ещё и приятно верить. Во многом это позёрство, но, повторюсь, позёрство, в которое верится самому позёру.

Во-вторых, характер деятельности людей искусства (а они, напомню, производят эмоции) приводит к эмоциональному раздрачиванию – для них характерна заметно бОльшая, чем в среднем по населению, эмоциональная лабильность, граничащая, иногда, с экзальтацией, а также видимая гипертрофированность реакций. Подобная эмоциональность мешает нормальному учёту обстоятельств, т.к. для нормального их учёта требуется аккумулировать эмоциональные оценки по рядам сенсорных данных, зачастую распределённых во времени, а когда у тебя раздолбанный диапазон эмоций, то регулярно достигаются надпороговые значения и человека выбивает на спонтанную истеричную реакцию, которую надо быстро рационализировать. Проще всего рационализировать её тривиальным, универсально применимым для любого не склонного к аналитическому мышлению человека, соображением о «несправедливости» и «зле».

В-третьих, это банальная гиперкомпенсация, вызванная теми самыми лицемерием и аморальностью профессиональной среды, в которой люди искусства варятся бОльшую часть времени, резко контрастирующими с презумпцией моральной роли искусства в жизни общества.